Выделенный склон, засаженный редкими яблонями, зарос травой и радовал обилием грядущей работы. Генеральным направлением являлись все остальные склоны дальше по трассе. Академикам определили соседнюю гору и в мечтах надеялись, что они будут продвигаться к посёлку. Рубиконом между конкурентами оказался ручеёк, бегущий от родника и разделивший зоны влияния. Умникам республиканского уровня выделили палатки, косы и прочее имущество, а выпивкой и мангалом те обзавелись сами. Так что Старкову предстояло каждое утро в одиночку топать порядка километра до своих угодий, а по вечерам гордо преодолевать точно такую же дистанцию обратно. Не жизнь, а сплошная физкультурная малина!
— Валя, я смотрю тут у вас трава сушится? Ничего, если я свою здесь же повешу?
— Во чудак, то, что накосишь, и на горе посохнет
— Да я говорю о той, что себе наберу на отвары. Если вы не против, конечно.
Женщина удивилась, но согласилась — она и сама подзарабатывала отварами, к ней даже из района приезжали. Тем более, может внук Богданыча что полезное умеет вываривать, глядишь и поделится секретом? Кроме того, в саду нашлась… колёсная пара от вагонетки. Каким неисповедимым путём эта прилада попала в горы, даже сама хозяйка не знала! Так что Олег быстренько сию железяку к делу присобачил. Очистил от ржавчины, отмыл в керосине и обзавёлся удобной штангой. Заодно и турник соорудил из ненужного лома и пары карагачей, росших во дворе слишком близко друг к другу, на свою голову.
Осталось спеть для Валентины несколько песенок после ужина и процедура обнюхивания и потирания носами будет исполнена.
Утренняя зарядка сменилась ранним завтраком, а пробежка с косой наперевес закончилась на склоне. Сенокос стартовал с грозного обчихивания окружающей среды и бесконечных соплей со шмырканьем. Приходилось регулярно бегать к ручейку, ради омовения и сморкания. Олег Александрович давно забыл об этом сайдэффекте, помогающем излечивать почти все виды аллергий. Ясно, что рекордные покосы отодвинулись на время устаканивания вегетативной системы под влиянием сенной лихорадки. Никакой супрастин не помог бы справиться с мощнейшим запахом свежескошенной травы. Впрочем навыки постепенно возвращались, даже левая нога начала потихоньку подволакивать траву, чтобы удобнее было её потом скручивать в валки. Первая дорожка получилась неравномерной по высоте, но зато почти ровной по ширине, до самого серпантина. А после третьей почему-то наступило обеденное время. Да, такими темпами чёрта с два денег накосишь — больше проешь. Положенная послеобеденная сиеста сменилась часовым мощным качем, после чего каторжанин-волонтёр снова начал наматывать «вверх-внизы».