Довольный обладатель рассказал своему «грэнни» то, что выяснилось в ментальной беседе. Аллатор (согласно его мамы) был наследником линии боевых коней, которые не желают опускаться до уровня колхозной кобылы даже под страхом смерти. Только по просьбе человекодруга и только в важнючих ситуациях они могут пойти на временную уступку! Ну, а проблема питания, вообще выеденного яйца не стоила — просто жеребец не любил вкус ромашки, которой было переполнено колхозное сено последнего завоза. Есть же люди которым корица в кофе и в булочках не нравится, так почему лошадиное племя не может иметь разнообразных представителей с персональными капризами? Деда повеселили выдумки внука, поэтому он не противился ходу событий. Всё равно мелкому Старкову переезжать в посёлок Тау-Тургень — вот пусть там и выпендривается, считая себя самостоятельной единицей. В конце концов, лучшим учителем остаётся жизнь, а не поучения и нотации.
Для удобства будущих трудовых подвигов на ремзаводе заказали литовку со слегка укороченным лезвием и выдавленными прессом извилинами. Чтобы не долбаться каждый вечер с отбиванием, а обходиться лишь точильным камнем. Такая коса вышла гораздо дороже, но удобнее в пользовании. Молодой умник всё старался оптимизировать в своих личных целях, не считаясь с расходами и традициями. Заодно и местного столяра озаботили изготовлением прочного дубового шеста для тренировок и самообороны от местных.
Глава тридцать шестая
Посёлок в горах, километрах в десяти от села, имел два преимущества: радоновые источники и всего лишь сорок дворов. Автобус ходил три раза в неделю, поэтому самым грамотным транспортом на Большую Землю являлись редкие попутки. Местный санаторий, практически мирового уровня, редко посещался, хотя и входил в списки ВОЗ. Всё остальное соответствовало забытому богом уголку природы на трассе ведущей аж в самые Ассы. Тоже, кстати, важный пункт полузабытого средневековья. Ныне, в Индию, караваны больше не ходили. Обратно тоже.
Председатель поссовета обрадовался нежданной помощи в лице пятнадцатилетнего горожанина и даже поспорил с дедом, что парень свалит обратно на следующей неделе. Местные тоже обсуждали срок, но добавили в пари ещё и количество взмахов косой, которые будут произведены. Корчагинца определили на проживание к аптекарше Валентине у которой имелась свободная комната. Курящая и матом ругающаяся тётка ни в чём не уступала мужикам, хотя приехала откуда-то из России четырнадцать лет назад. Эдакая бобылиха в полувоенной юбке. Олег сразу отстегнул ей плату за три месяца вперёд и добавил ещё столько же за регулярную кормёжку, признавшись, что совсем не умеет готовить. Хозяйка удивилась и сделала широкий жест, предложив готовить ему баню по вечерам, если он заплатит посёлку за дрова. Подвоз обеденного обеда на гору возложили на поселковых. Дело в том, что им всё равно нужно было кормить группу «академиков» из самой Академии наук, прибывших исполнять интернациональный долг.