– Она не вешалась, это был мой выбор, основанный на любви.
– Ой, заткнись, Вить, про большое и светлое чувство. Видно же на какие параметры и толщину губешек ты зацепился. В ней хоть что-то настоящее есть? Или она вся… – развожу руками, – такая надувная?
– Тебе легче от того, что ты ее оскорбляешь? А вот она себе такого не позволяла.
– Как благородно, – беру еще одну конфетку, – но на женатого мужика залезть не побрезговала. Хочешь с ней жить? Вперед, но не в моей квартире.
– Она не твоя, а наша. Нажита в браке и совместной собственности. Ты даже выставить Карину не можешь, она моя гостья. Я как собственник, могу приглашать кого захочу.
– Собственник, – опускаю глаза и прикрываю их рукой. Кажется, у меня начинается жутчайшая мигрень. – У тебя вообще совести нет? Сколько прошло времени? Час? А ты ее уже сюда привез?
– У нас рано утром поезд, и мне неудобно будет заезжать за Кариной на другой конец города. Потом самолет и Тайланд, мы улетаем отдыхать.
Я вновь смотрю на него и не могу понять, кто этот человек.
– Вить, как это вообще могло произойти?
Муж, если его еще можно так называть, встает со стула и проходится по кухне, открывает окно, будто хочет покурить, но так как давно бросил это дело, просто дышит ночным воздухом.
– Я терпел до последнего и не хотел портить сыну отъезд в университет. Ты представляешь, как бы он поехал учиться, если бы узнал? И поехал бы вообще? Ты ведь использовала бы его, заставила встать на свою сторону! Макс ведь маменькин сынок! Твое ненаглядное солнышко!
Мне даже становится обидно за нашего сына, потому что он уж точно не маменькин сынок, невероятно мужественный мальчишка для своего возраста. Взрослый не по годам, самостоятельный, умный. Да, любит меня, но не как беспомощный затюканный пирожочек, а как полноценный выросший мужчина!
Да он ухаживал за мной больше, чем Виктор в последнее время. Меня тут же цепляет эта мысль. А может, именно поэтому и получилось, что от сына внимания я получала больше, чем от Вити, что он уже давно переключил свое внимание на другую женщину.
– Как давно ты с ней? – задаю резонный вопрос.
– Достаточно, чтобы понять, что люблю! – в его голосе раздражение и желание защититься, хотя я на него и не нападаю. – Понимаешь, она, – разворачивается ко мне Виктор, – она меня замечает! Видит во мне мужчину!
Вот это новость.
– А я что, не вижу?
– Я не знаю, что ты видишь, ты относишься ко мне как к чему-то обычному, надоевшему за годы. Смотришь без огонька, будто сквозь меня. Когда ты мной последний раз восхищалась? Хвалила меня? Когда говорила, что я особенный?