— Эй, тише, дамочка! Слюной подавишься, – безэмоционально роняю. – Паралич стеганет и все, муж-вдовец. Чао, Лариск. В этот раз не оплошай.
Захлопываю дверь и с идеально ровной спиной шествую к мужу. Он замечает меня издалека, радостно улыбается и машет. Он с ней не спал. Лариска сказала именно так. А что тогда? Что между ними было? Полноценно-неполноценно, имелось ввиду что? Эти вопросы сейчас разорвут голову.
Как же продержаться и достойно выстоять.
Или… оставить в прошлом…
— Светик, я начал волноваться. Едем отметим? Я заказал «Дитрих». Шикарный ужин, живая музыка, танцы под музыку пятидесятых.
Он такой заразительно счастливый, что подхватываю настрой и решаю окончательно оставить за бортом былое.
***
У нас одна заключительная глава и эпилог. Мы заканчиваем)))
Ну что? Простили Дениса? Или как прежде он не нравится? Ведь исправляется парень, видно же)))
И Света тоже стала более понятной. Ведь не простая она тоже, девочки. Мы все совершаем ошибки.
Вопрос в том, умеем ли их признать.
Через время.
— Давай, девочка, – командует акушерка. – Тужься. Раз-раз, ну-у-у. –стирает пот со лба. – Папаша не стоим. Подбадриваем жену. Еще. Еще немного.
— О-о-х, – подкидывает очередная потуга. – Да что ж за твою ма-а-ать!
По телу огненные судороги шпарят. Там больно, что силы уже заканчиваются.
— Родовая деятельность слабеет, – сквозь шум в ушах слышу настороженный голос. – Капельницу. Живо!
Раздирает напополам. Как справиться? Как не навредить доче? Что они еле телятся?
— Помогите ей! – кричу, но в реальности еле шепчу. – Что угодно вынесу. Просто помогите ей родиться.
Сквозь муть вижу скользящие тени. Врачи сосредоточенно делают работу. Все мельтешит, мажется. Я не должна отключиться, нет, я выдержу. В запале убираю руку с рычага и ищу мужа. Он тут же схватывает ответно.
— Светик, – голос хриплый и дрожащий. – Родная.
— Отца из операционной убрать!
Голос оглушает. Я понимаю, что что-то пошло не так, но меньше всего хочу, чтобы Денис покинул меня. Он мое спасение, он должен быть рядом. Мотаю головой, мокрые пряди хлещут по лицу. Мычу бессвязно и глухо.
— Нет! Не-е-т!
— Я не выйду, док, – твердо говорит Денис. Он режет словами, как пилой. – Не выйду! Что сделать, как помочь? Говорите, я готов на все.
Ответ тонет в моем же стоне, пока вводят катетер в кисть. Вены на сгибе локтя подвели. Вместо кожи, там сейчас огромные синяки и вздутые шишки.
— Четыре двести выродить надо, Света, – хлопает по щекам акушерка. – Не послушала меня, сама да сама. Ну ничего. Смотри на меня, давай. Видишь? На потуге пытаемся продышаться. Сейчас она… Так… Так! Дышим.