Тяжело сглатываю горький ком. Пару дней назад, я бы плюнула в лицо тому, кто подобное скажет о моем сыне. Я знала, что Леня с характером, но даже не предполагала, на какие мерзости он способен.
— Свет, — берет меня за руку, заглядывает в глаза. – Мы же просчитываем его ходы наперед, значит сможем противостоять.
— А вы всегда все просчитываете?
— Стараюсь, — пожимает плечами. Увлекает меня дальше по тропинке.
Выводит к маленькому озеру. Оно тоже освящено фонарями. Стоят резные беседки. Красивая ограда. На озере плавают два лебедя. А посредине у них большой и красивый домик. Все выглядит так живописно, что я на несколько минут даже забываю про проблемы. Любуюсь.
Тут именно нет пафоса, так любимого Тимуром шика, есть особенная простота, и в ней и кроется великолепие. Потому что от души сделано.
Тайсон носится вокруг озера.
— Красивый домик, — подхожу ближе, чтобы лучше рассмотреть.
Лебеди тоже подплывают ближе.
Алексей подходит к одной из беседок, и возвращается ко мне с мешком булочек.
— Это я когда время было сам попытался смастерить. Хотел продумать все так, чтобы им уютно было. Покупные мне не нравились. Можно было на заказ… но самому захотелось, — кидает угощение лебедям и мне мешочек протягивает.
Тоже крошу для них булочку. Они подплывают без опасений.
— Кардинал, который мастерит домики для лебедей? – кошусь на Алексея.
— Это старое прозвище, и кстати, авторства Ратмира. Он раз ляпнул, все и подхватили, еще когда я в органах работал.
— Так вы в органах работали? Я думала, вы до сих пор там. Слишком уж вы уверенно приказы раздавали.
— Не, — машет рукой. – Давно ушел. Я же вам говорил, пенсионер я. В нашу доблестную полицию я пошел, после того как моряком быть перестал. Жена предала, ребенок на руках, в душе… в общем решил я бороться с преступностью.
— И стали там Кардиналом?
— Неа, только подполковником, — свет фонарей в его глазах отражается, и они серебром переливаются.
— Что-то мне кажется, не все так просто с вами, Алексей, — пытливо всматриваюсь в его глаза. – Выкладывайте все.
— Допрос? – хитро щурится.
— Чистосердечное признание, — подмигиваю.
— И детектор лжи в вашем лице.
— Только правда, и ничего кроме правды.
— И от моих признаний зависит и приговор, заслуживаю ли я вашего доверия, — Алексей берет меня под руку и ведет к беседке.
— Именно так.
Помогает мне присесть на лавочку.
— Хочу сразу предупредить, я тот еще паршивец.
Леонид
— Ты все сам слышал, — Ефим откидывает телефон на стол. – Моя племяшка продолжает портить себе карму.