Только чуйка мне подсказывает, что еще хлебну я помоев благодаря сыну и мужу.
Далее наш разговор с Алексеем переходит в спокойное русло. Он будто чувствует, что нужна разрядка. Невозможно постоянно быть в напряжении.
Немного выдыхаю, хоть все равно внутри сжатая пружина не отпускает.
Вскоре Алексей вытягивает голову, в окно смотрит.
— О, Буля приехал!
Идет к крыльцу. Я за ним следом. Уж очень хочется посмотреть на Бульдозера, который все на своем пути сметает.
Выхожу на крыльцо, и несколько секунд моргаю. Почему-то мое сознание рисовало огромного, шкафоподобного мужика. А перед маленькой серебристой машиной стоит мужчина среднего роста, ничем не примечательный, увидишь на улице, лицо не запомнишь. В темно-синих джинсах, кроссовках и черном свитере.
Приветливо нам машет и идет к дому.
— Ратмир Мусаев, а это Светлана Киреева, — представляет нас Алексей.
Бульдозер смотрит на меня, прищуривает раскосые глаза, абсолютно черные, радужки не видно, и я ощущаю, будто попала под рентгеновский аппарат, будто невидимые щупальца мне в мозг проникают.
Длится это всего мгновение, но ощущение странное. Немного в шок вгоняет. Как по щелчку пальцев выражение лица Бульдозера снова становится простецко-дружелюбным.
У меня даже складывается впечатление, что они с Алексеем два поля ягоды, такие же приемы применяют, только Алексей более мягко.
— Рад знакомству. Будем разваливать империю Киреевых, — открывает двери, первый в дом заходит.
Едва мужчина порог переступает, как Тайсон на него прыгает и лицо его облизывает.
Он с легкостью удерживает собаку. И я замечаю развитую мускулатуру под свитером. А с виду он худым кажется, щупленьким.
— Светлана, мне нужен полный рассказ. Все от начала и до конца, и то, что стыдно, в чем грешны. Я должен знать абсолютно все, — заявляет, когда мы устраиваемся на кухне.
— Ратмир, мы пока с вами никаких соглашений не заключали. И я не могу выдавать вам всю информацию. У меня нет оснований вам доверять, а дело слишком не простое. Оно моей жизни касается.
Я, конечно, благодарна Алексею, но просто так откровенничать тоже не могу. Слишком много на кону стоит. И я уже конкретно обожглась.
— Уговаривать не буду. Документик на подпись имеется, достает из кармана сложенные вчетверо несколько листов. Перечитайте, если все устраивает подпишите, — голову поворачивает к Алексею, — Кара, какая дама у тебя подозрительная, — проводит указательным пальцем по нижней губе.
— Кара? – не удерживаюсь от вопроса. – У вас как бандитские клички.
— А мы по другую сторону, — хитро прищуривается. – Борьба со злом, жестокое и бескомпромиссное истребление нечисти. А вам, Светлана не мешало бы тоже информационную базу пополнить. Вы у такого человека на кухне, — кивает на Алексея, — И ни сном ни духом об этом. Пора не только патентами владеть, но и расширять кругозор, окружение свое на молекулы разбирать, и понимать, кто есть кто, — широкая улыбка на тридцать два. А вот глаза остаются серьезными, снова его рентгеновский взгляд, до костей пробирает.