— А мне больше с тобой не о чем говорить, — отвечаю тихо, бесцветно.
Петя кричит еще сильнее.
— Свет, не глупи, — муж тон снижает. – Кому ты нужна. Возраст не тот, чтобы свои фокусы показывать. Сиди и помалкивай и будешь в шоколаде.
— Это не шоколад, это кал и ты в нем по уши, — вырываю руку.
— Ты Арине вред здоровью нанесла. Ты понимаешь, что могут быть последствия! И я их тебе устрою! – выплевывает слова.
Обуваюсь.
Тимур стоит рядом, на телефоне номер набирает.
Открываю дверь, слышу в спину:
— Лень, тут у твоей матери крышак протекает знатно. Твоя помощь нужна, — злобно рычит Тимур. – Иначе… я на грани…
Бегу по ступеням вниз. С такой скоростью, будто за мной адские псы гонятся. Но на самом деле никто не гонится.
Тимуру надо сейчас со своей любовницей и нагулянным сыном разбираться.
А ведь похож малый… сильно похож.
Но я и подумать, предположить не могла, потому что доверяла… безгранично верила единственному и любимому мужчине.
Слез нет. Они льются внутри, омывают растерзанное сердце, поливают солью открытую рану.
Останавливаюсь у подъезда. Делаю глубокий вдох. Морщусь. Будто угарного газа вдохнула.
Никогда в жизни я не испытывала такой боли. Слишком родной, слишком любимый.
Я всегда всем говорила, что наши чувства с годами только крепче становятся. Гордилась своим браком.
Телефон в сумочке оживает. Руки не слушаются. Не сразу получается достать гаджет. Когда телефон у меня в руке оказывается, он перестает звонить. Пара секунд, начинает снова.
Сын.
Принимаю вызов. Молчу.
— Мам! Мам, ты меня слышишь? – раздается спокойный голос сына.
— Угу.
— Прошу тебя, спокойно. Без паники.
— Угу, — больше и ответить нечего.
Сын у меня всегда спокоен. В любой ситуации рассудителен. Если даже муж мог вспылить, то Леонид, на моей памяти, ни разу не терял над собой контроль.
Он таким с детства был. Шел к цели, лучший ученик, гордость класса, институт с красным дипломом. Никаких развлечений – только вперед, к достижению своих целей.
— Мам, ты у вашего дома?
— Да.
— Так, теперь слушай меня. Я сейчас вызову тебе такси. Нам надо поговорить. Ты не можешь в таком состоянии одна оставаться.
— Ты знал? – глухо, со стоном.
— Приедешь поговорим. Я очень тебя жду, — говорит с нажимом.
Знал, все он знал. Иначе бы Тимур ему не звонил.
Они всегда были очень близки. Едва Леня родился, муж глянул на него и изрек: «Мой сын».
Действительно его. С малого возраста ездил с отцом на работу. Не капризничал. Сидел играл в кубики и наблюдал.
Становился старше, всегда советовался с отцом. И естественно пошел по стопам отца. Они работают вместе. И Тимур очень гордится своим сыном.