Мне становится неловко, что он потратил понапрасну так много усилий, чтобы помочь мне.
– Спасибо вам за помощь, Николай. Я поеду на такси, а эту проблему… эту проблему потом решит муж.
При этих словах мое лицо непроизвольно кривится.
Николай желает мне хорошего дня и скользнув напоследок по моей фигуре удаляется, беззаботно насвистывая.
Ну и денек сегодня!
Все валится из рук.
Я вдруг смеюсь, вспоминая пригоревшие тосты на завтрак.
Какие этот день мне еще приготовит сюрпризы?
Через десять минут я еду в такси и пытаюсь дозвониться до Павла Семеновича.
Андрей сказал мне разобраться самой? Прекрасно!
Я это и собираюсь сделать с его сотрудником и от его имени.
Павел Семенович упорно не желает общаться.
Может он запил? Такая мысль приходит при воспоминании о невысоком полненьком и сильно красноносом человечке.
Наконец после, наверное, пятидесятого раза сквозь гудки прорывается недовольный тоненький голос.
– Слушаю, Гладкой.
– Павел Семенович, – строго начинаю я. – Это Татьяна…
– Какая Татьяна?
Он произносит это так устало, словно я разговариваю с человеком, который пользуется бешеной популярностью среди Татьян.
Прямо покоя они ему не дают.
Его отношение ярко демонстрирует почему у нас срывается поставка.
И это прекрасно – пока я занимаюсь делами, тяжелые мысли удается держать где-то в стороне.
– Я та Татьяна, – холодно напоминаю ему, – которая жена вашего директора.
– Ой, – он быстро откашливается. – Добрый день! Не узнал вас. Прощу прощения.
Меня воротит от лизоблюдов. Терпеть не могу двуличных людей.
– Почему не организован транспорт для компании «Флория»? – вкладываю в голос максимальную строгость. – Отправка должна была быть сегодня утром. Три машины! Андрей сказал, что вы организовали процесс…
– Андрей Владимирович так сказал? – искренне удивляется Павел Семенович.
Его тон мне совсем не нравится.
Ведь я просила Андрея посодействовать, и он сказал, что все устроит – задействует своего логиста… Даже телефон мне скинул.
Неужели он забыл?
Или врет этот Павел Семенович?
– Да, – продолжаю напирать я. – И не говорите, что такого не было.
– Простите, как вас по отчеству?
– Татьяна Алексеевна.
– Татьяна Алексеевна, уверяю, распоряжения Андрея Владимировича никто не может проигнорировать. У нас в компании смертники не работают… Если бы мне было поручено, то…
Горячая волна прокатывается по телу.
Андрей не сделал. Вот и все объяснение.
Не помог.
Или забыл.
Или ему просто уже стало наплевать.
Осознание, как пощечина.
Очередная за сегодня.
– Чем-то еще могу помочь, Татьяна Алексеевна? – вежливо спрашивает Павел Семенович.