А когда Риан отстранился, замерла, пытаясь осмыслить происходящее. Губы горели от поцелуев, а в груди разрасталось незнакомое, пьянящее тепло. Оно не было похоже на пробуждение силы — это было что-то другое . Более личное. Более… опасное.
Мужчина заглянул мне в глаза. В его взгляде читалась не просто уверенность, там таилось обещание чего‑то большего, чего‑то, к чему я ещё не была готова.
— Что ты делаешь? — прошептала я, сама не зная, чего жду от этого вопроса: оправдания, объяснения или… продолжения.
Он не ответил словами. Вместо этого, его пальцы прошлись по моей шее, оставляя за собой след из мурашек, а затем он снова наклонился ко мне. На этот раз поцелуй был глубже, смелее, и я почувствовала, как внутри меня что‑то дрогнуло — не драконица, нет, а я сама , моя человеческая сущность, которая вдруг отчаянно захотела этого.
Мир вокруг растворился.
Остались только его губы, его руки, его запах — терпкий, как лесной ветер перед грозой.
И это было настолько правильно, что я полностью отпустила контроль над ситуацией.
Казалось, пламя, зародившееся от одного поцелуя, теперь бушевало, охватывая нас целиком. Его губы скользили по моей шее, оставляя за собой горячую дорожку из поцелуев, от которых моё сердце пропускало удары. Одной рукой Риан ласкал мою грудь, другой избавлялся от шнуровки на платье.
Я смутно помнила, как мужчина снял с меня всю одежду.
И совсем не помнила, как в порыве страсти сорвала рубашку с Риана.
Его руки блуждали по моему телу, изучая, лаская, пробуждая волны наслаждения, которые накатывали одна за другой, всё сильнее, всё ярче. Я выгибалась навстречу его прикосновениям и терялась в водовороте чувств, о которых раньше даже не знала.
А когда ладони Риана прошлись по моим бёдрам и проскользнули между ногами, я выгнулась и застонала. Его пальцы, нежные и уверенные, исследовали самые сокровенные уголки моего тела, вызывая во мне какое-то дикое, безудержное желание.
Я обхватила лицо Риана руками и посмотрела на него затуманенным взглядом.
В его глазах я увидела отражение своей собственной страсти, своего смятения, своего желания…
В тот момент я поняла, что больше не существует ни прошлого, ни будущего — только мы и эта бесконечная, всепоглощающая страсть.
В эту ночь время потеряло смысл.
Было только сейчас .
Только я . Только он .
Только это странное, всепоглощающее чувство, будто я наконец‑то оказалась там, где должна быть…
***
Но утром я уже была не так уверена в правильности произошедшего ночью.