Я закрываю глаза и позволяю себе еще один, но уже короткий, выдох облегчения. Значит, она не здесь. Значит, она не сломалась. Не приехала к нему. Не пошла на это ради сына и из-за угроз.
От сердца отлегает. Но вместе с радостью приходит другое чувство. И оно тяжелое. Грязное.
Я прислоняюсь к стене и понимаю, что радоваться в такой ситуации – неправильно.
Виктор с другой женщиной. Он привел ее сюда, в этот дом, где еще совсем недавно жила Мия. Где все еще хранятся ее вещи. Где есть ее следы. Возможно, он приглашает одну за другой. Без стыда.
Здесь уже не может быть никакой любви. Ни к Мие, ни вообще.
Это метания. Это банальная жадность. Желание обладать всем и всеми. Какой-то животный, ненасытный инстинкт. Словно ему мало одной, мало двух. Ему нужно подтверждать свою власть снова и снова.
Султан. Это слово само приходит в голову.
Мне хочется ворваться в спальню. Хочется резко, по-мужски, без слов, поставить его на место. Мне хочется начистить ему морду. Отомстить за Мию. Хочется, чтобы он заплатил за все эти дни боли. За унижения. За страх. За то, что он вообще существует в ее жизни.
Но я не могу. Потому что в спальне он не один. Там женщина. И она не при чем. А я не тот человек, который будет устраивать сцены при посторонних.
Я сжимаю кулаки и заставляю себя успокоиться. Заставляю себя думать.
Мне нужно решить, что делать дальше. Я не собираюсь слушать это. Но и просто уйти – значит оставить все как есть. А так больше не может продолжаться. Я не могу допустить, чтобы Виктор мучил Мию.
Звуки из спальни постепенно стихают. Смех обрывается. Шорохи сменяются тишиной.
Я напрягаюсь.
– Ольга, – вдруг говорит Виктор. Его голос ннапряженный. Он слишком торжественный для этой квартиры и для этой ситуации. – Ты та женщина, ради которой мне хочется быть лучше. Каждый день. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Я замираю.
Смысл слов доходит не сразу. Сначала я воспринимаю это как набор звуков.
Женой…
Я смотрю перед собой и не верю услышанному. Мозг пытается найти объяснение. Может… это шутка?.. Но его интонация не оставляет сомнений. Виктор говорит серьезно. Он делает предложение.
И меня накрывает. Я просто обескуражен.
Только что был смех, постель, похоть. А теперь – пафосные слова, обещания. Как будто он щелкает переключателем. Перескакивает от физического к высоким фразам. Играет разные роли. Он примеряет сценарии, как костюмы. Сначала – страсть, потом – вечная любовь, через время – следующая женщина.
И Мия была не исключением. Просто одной из.
От осознания этого становится по-настоящему мерзко.