— …вот ты где… — мужской голос с южным акцентом.
Откидываю телефон в сторону и закрываю ладонями лицо. Мне важно почувствовать себя. Кожу, тепло от нее. Кончики пальцев дрожат, словно от токов. Оживляя омертвевшие клетки.
Тишина невыносима настолько, что хочется выть от этого ощущения пустоты внутри. Пульс отстукивает по нарастающей, отдает болью в перепонках. Сердце начинает чистить, разрывая грудную клетку, а потом затихает, снижая обороты до минимума. И так по кругу.
Ловлю себя на мысли, что, если я не начну хоть что-то делать, я так сойду с ума.
Поднимаюсь и осматриваюсь вокруг, будто впервые нахожусь у себя дома.
Смотрю другими глазами на все. Вот наше семейное фото. Улыбки, счастье в глаза. Поднимаю руку и резко смахиваю со стены. Рамка разлетается на части, а стекло трескается. Делит теперь фото пополам.
— Все ложь!
Дальше напольные вазы. Они мне никогда не нравились. Их выбрал Вадим, в одном навороченном салоне, когда был в очередной командировке. Ужасные, уродливые куски глины без души. В момент превращаются в крупные осколки на полу.
Стеклянный столик с металлической статуэткой, что он получил на каком-то форуме.
Я громила все, что видела. Каждый предмет ассоциировался у меня с ним. В каждом чувствовалась частичка его. Его внимание к мелочам, и трата денег на безвкусицы.
И с каждым уничтоженным предметом, мне становилось легче дышать. Будто пространство напитывалось чистейшим кислородом. И я вместе с ним.
В спальне и выкинула из шкафов его одежду. Дорогие костюмы, сорочки, галстуки. Все брендовое и для него дорогое, любимое.
В дрожащих пальцах с трудом удерживала ножницы. Но и остановиться уже не могла.
Я так долго копила все внутри, что сейчас, когда я почувствовала сладкое успокоение и наслаждение, не могу остановиться. В голове туман, что опьянил, заглушил боль, дал попробовать на вкус радость с привкусом желчи.
Больно настолько, что нет сил плакать, а единственная реакция моего мозга, это улыбаться. Из последних сил, с надрывом, но улыбаться.
Очнулась я, сидя на полу, рядом с кучей обрезков от его одежды. Ножницы валяются рядом, а на большом пальце осталась небольшая вмятина на коже. Начинаю растирать болезненное место.
Я ничего здесь не оставила. Нет больше воспоминаний. Просто мусор, что надо выкинуть и сжечь.
Теперь мы будем делить голые стены.
В гараже одиноко стоит моя машина. Подаренная мне отцом. Так что по всем правам она моя.
Сажусь, и, заведя мотор, просто слушаю монотонную работу двигателя. Мне это успокаивает.
Моя батарейка, что была разряжена, начинает потихоньку заряжаться. Впереди встреча с адвокатом. Я не хочу затягивать наш развод. Я не буду сражаться за то, что меня может разрушить до конца. Пытаться вернуть человека, для которого я стала никем!