Отвожу взгляд в сторону. Дрожь в теле никак не проходит. Да кто такой этот Архангельский?! Почему он изобразил меня именно такой? Нет, он определённо не мог знать, что у меня проблемы со здоровьем. Тогда почему именно с ребёнком? Потому что я омега? Но ведь он сам при встрече дал понять, что не одобряет всякие стереотипы. Неужели просто рисовался передо мной?
Я закрываю руками лицо. От портрета веет солнцем, тёплым летним днём, любовью и заботой. Но я не могу смотреть на него. В конце концов, мне приходится отвернуть его к стене и оставить так до лучших времён.
Артур коршуном нависает надо мной. Чувствую себя уязвимой. Когда у него такое выражение лица ясно, чего он хочет.
— Какие-то проблемы? — спрашиваю я, до последнего не теряя надежду уклониться от супружеского долга.
Не то чтобы я прямо совсем против. Просто я была занята, а он тут со своими заигрываниями. Будто на стороне ему мало развлечений…
— Ты какая-то злая в последнее время, — отвечает муж, прижимая меня к стене собственным телом. — Кажется, пришло время для успокоительных процедур.
Его рука ложится мне на грудь. Я выдыхаю шумно. Тоже мне нашёлся доктор. Артур целует меня смазано в губы и сразу переходит к шее. Его ладони скользят вверх, высвобождают полы блузки из брюк, расстёгивают молнию. Я судорожно выдыхаю, и это Артуру явно по душе. Он прижимается ко мне своим стояком, чтобы продемонстрировать, что тоже возбуждён. Его рука забирается мне под бельё, скользит по лобку…
— Артур, постой! — я останавливаю его и отталкиваю. — Мне нужно в душ сначала.
Слышу недовольное цыканье. Хочется закатить глаза. В его представлении омеги, похоже, готовы к сексу двадцать четыре на семь.
— Каждый раз одно и то же…
«Всё так. Мне нужно время. Если тебе что-то не нравится, можешь катиться на все четыре стороны…», — думаю я.
Будто слыша мои мысли, Артур отступает. Вздыхаю и иду в ванную комнату.
— Кстати, я что-то не чувствую твоих феромонов, — вдруг бросает мне муж в спину.
— Я на подавителях, — отвечаю без малейшего промедления, хотя внутри всё сковывает холодом. Глубоко в душе живёт страх, что меня разоблачат, раскроют мою неприглядную тайну.
— Вот как? Тогда понятно, чего ты такая, — Артур с разочарованным видом падает на диван.
Я знаю, что мне лучше поскорее уйти и прекратить этот разговор. В этом случае Артур, возможно, даже забудет, по какой причине вообще завёлся. Но что-то вдруг заставляет меня обернуться и встретиться с мужем взглядом. Замечаю у него какое-то странно сентиментальное выражение. Что-то не так, и это не сулит мне ничего хорошего.