— Это будет легко объяснить, — заявил супруг, но голос его почему-то сделался напряжённым и звенящим от эмоций. — Ты не в себе от переживаний, вот и мелешь всякое!
— Вот и замечательно, — пропыхтела я, снова хватаясь за ручки своей поклажи. — Ты уже знаешь, как нивелировать риски. Удачи!
И хотела захлопнуть дверь, но он мне помешал. Я решила не обращать внимания, подхватила сумку и пошагала вниз по ступеням. Выбравшись из подъезда, пересекла двор, вышла за будку охранника и перекрывавший въезд на территорию жилого комплекса шлагбаум.
На близлежащей стоянке такси было пусто, поэтому решила подобраться поближе к проезжей части, чтобы потом уже вызвать машину.
Но в спину мне внезапно прилетело:
— Настя, ты совершаешь ошибку!
Раздражившись дальше некуда, я буквально швырнула свою тяжёлую сумку на землю и обернулась.
— Ты ещё здесь? Что тебе нужно? Для человека, который так филигранно избавился от ненужных отношений ты ведёшь себя странновато, Загревский. Неужели мой отказ молчать насчёт нашего развода так тебя разволновал?
— Если я и волнуюсь, то исключительно о тебе. О твоём состоянии, — мрачно бросил супруг, решительно приближаясь ко мне.
— Возвращайся домой! — гаркнула я, отступая чуть ли не к самому бордюру, за которым начиналась проезжая часть и мчался в обе стороны стремительный поток авто.
— А давай ты мне не будешь указывать, как поступить! Я вижу твоё состояние, и оно мне не нравится!
— А мне не нравится твоё состояние! — взвизгнула я. — Оставь свои покровительственные нотки для той дутой куклы, с которой ты вёл свой эфир!
— Анастасия, не спорь со мной, — предупредил Загревский. — Тебе действительно будет лучше вернуться.
Он попытался схватить меня за руку, но я, взбешённая таким самоуправством, неосторожно отшагнула за бордюр.
Удержать равновесие после этого не смогла. Взмахнула руками, успевая осознать, что буквально проваливаюсь назад, спиной на проезжую часть.
На прежде сосредоточенном и почти злом лице Загревского отразился самый настоящий ужас.
Это и всё, что я успела заметить.
А потом меня так сильно ткнуло в правый бок, что мир перед глазами перевернулся и… наступила кромешная тьма. Я даже боли как следует в тот момент почувствовать не успела.
Сейчас, придя в себя, казалось, целую вечность спустя, я лишь слышала голоса, но ничего до сих пор не понимала.
То есть я помнила всё, но ровно до момента удара. Как я очутилась тут, могла догадаться, но неплохо бы услышать подтверждение со стороны…
А ещё — и это пугало меня больше всего — я не чувствовала своего тела. То ли мне вкололи лошадиную дозу обезболивающего, то ли…