— Дочь, рассказывай, — папа садится между мамой и Женькой. Сын теребит что-то в руках, видимо, волнуется. И если папа уже рассказал, какая повестка нашего сбора, то сейчас у него в душе рушится все, что так долго наращивалось.
Выдыхаю, стараюсь угомонить руки, они живут отдельной жизнью, но полностью отражают мое состояние.
— Я развожусь с Сергеем. У него другая женщина, я ее видела. Вернее, я видела их вдвоем, никакой ошибки быть не может, — говорю быстро, если я запнусь, то потом не смогу собрать мысли.
— О, как, — мама реагирует с привычной ей холодностью. — Не ожидала от него такой глупости.
— Мам, папа ушел к другой? А что со мной дальше будет? — Женька встрепенулся. Даже через телефон я чувствую его взгляд: тяжелый, как могильная плита. — Хотя я ж ему не сын…
Кажется, я знаю, правду: Сергей пропадет с радаров, при встрече будет смотреть вниз, никаких родственных связей больше не осталось.
— Жень, я не знаю… Думаю, ты понимаешь, что может быть по-разному. Взрослые очень странные люди, никогда не понимаю, что на душе и в голове, даже у самих себя.
И сейчас я готова вернуться в дом. Надеть садовые перчатки и удушить эту парочку. Предательство меня — я уже прожила, в петлю точно не полезу. Но мой сын не заслуживает такого отношения.
— А если я сам ему позвоню? Я тебя этим предам?
Мама кладет руку ему на спину и медленно поглаживает. Она так делала всегда, когда я не занимала первое место в соревнованиях. Мне казалось, что так она делится своей энергией.
— Жень, ты уже взрослый парень. И звонить ему ты можешь. И это будет не предательство. Только я не могу обещать, что сейчас это тот же Сергей, который был еще вчера. Мне будет больно, если… — Не могу подобрать слова — разочарует, предаст, растопчет, эти слова не в полной мере отражают то, что эта скотина делает с душой моего сына. — Может, давай, я приеду, и тогда ты позвонишь.
— Мам, — Женька усмехается.- Да мне его общение в триста лет не надо после этого. Я бы с удовольствием плюнул ему в рожу. Подонок.
— Так, эмоции на потом. Сейчас надо выбрать конструктив, а то запал пропадет. Так, Зиновий Львович уже в деле, как я понимаю. — Мама берет разговор в свои руки. — Кира, для тебя сейчас две задачи: заявление на развод, судя по первому шагу прощения тут и быть не может. А второе — деньги у тебя есть?
Киваю.
— Тогда снова займись спиной. Никуда этот полудурок не денется. Ну ладно вы! Вы им были очарованы, но как я могла проглядеть такое чмо?