— Договаривай, — фыркнула на него.
— Ты росла, Ханна, я не мог не замечать, какой ты становишься. Нет, я не влюбился одномоментно. Но… меня перестали интересовать иные женщины. Мысли все чаще крутились возле тебя. А ты взрослела. Но я отчетливо помню момент осознания… Твой день рождения. Лорд Кенни забыл про него. Ты проплакала целый день. Никаких указаний на ужин никто так и не дал. Дороти послала мне весточку. Я не видел тебя примерно полгода, и уже стал тем, кто я есть сейчас. Активно наводил порядок в городе, подминая всех под себя. И тут записка: малышка моя слезы льет, у неё ни подарка, ни тортика…
Я невольно рассмеялась, хотя он не лукавил, я тогда ждала праздника, надеялась, что отец будет трезв, но нет.
— Бросив все дела, я вскочил на коня, заехал в лучшую пекарню города, прихватил самый шикарный торт, потом в магазин, купил подарок и к вашему дому. Прискакал, а ты с платочком у окна. Боги… — Он выдохнул. — Я увидел самую красивую и желанную женщину. Не было уже ни девочки, ни угловатого подростка. Я покой потерял, Ханна. Какие женихи? Да я бы удавил любого, кто только посмел бы взглянуть на тебя…
— И был торт, и даже подарок… — Я осеклась и, подняв руку, ухватилась за шаль на своих плечах. Подарок Дороти как раз на день моего рождения, но…
Шай проследил за моим движением и улыбнулся:
— Хотел, чтобы тебе было тепло, Ханна. Да, шаль от меня. В тот момент я начал активно присваивать тебя, подготавливать почву для знакомства и начала ухаживаний, но не успел. Твой отец сделал ставку, и время начало обратный отсчет. Он перешел черту дозволенного, и мне пришлось сильно поспешить.
Мы замолчали. Слишком много откровений. Но теперь, размышляя, я действительно находила много странностей. Отец все проигрывал, но на столе у нас пусто не было. Да, без деликатесов и изысков, но мы не голодали. Прислуга хоть какая-то, но была. Дороти… Да и… Шай ведь не уволил никого, женившись тогда. Я посчитала это милосердием, но… Это его люди были. Работали они на него, и платил им он.
— Что бы со мной было, не появись у нашей калитки ты, Шай?
— Даже думать об этом не желаю, — грубовато процедил он. — Я там появился, и на этом все. И никому тебя я не отдам. Все, что тебе остается — нежно и страстно любить меня.
Я улыбнулась и ничего не ответила. Впереди показалась родная могилка.
Забрав у Шая красивый букетик цветов, присела и аккуратно положила их на камень.
— Здравствуй, мамочка, я пришла показать тебе мужчину, которого люблю. Думаю, ты одобрила бы мой выбор…
Над головой раздались громкие хлопки крыльев. Подняв голову, увидела, как взлетели два белоснежных голубя. Покружив над нами, они устремились ввысь и исчезли из виду.