— Увы, Лаура, теперь шансы на это минимальные. Он пропил всё! В моей голове зазвенел гнев.
Выдохнув, я подошла к маминой постели и присела на краешек. За окном летала стая голубей. Они кружили над черепичными крышами респектабельных домов.
— Сколько ещё пройдет времени, прежде чем он отпишет за счет очередного проигрыша наш дом, Лаура? Неделя? Месяц? Что будет со мной?
— Мы вас не оставим, леди. Будем работать, пока вы не определите свою судьбу. Возможно, вам стоит чаще прогуливаться в парке, где собираются молодые лорды. Вы же существуете затворницей. Откуда же взяться поклонникам, если вы и нос за порог не кажете?
К своей печали я понимала, что она права.
— Завтра, — прошептала. — Пройдусь там завтра. Мои платья он ещё продать не успел.
Вечер складывался относительно удачно. Папенька отбыл по делам после обеда и пока не объявлялся. Он по обычаю должен был с управляющим проверять работу в портовых складах. Во всяком случае, мне очень хотелось верить, что он сейчас именно там.
Но самое прекрасное заключалось не в этом.
Лорд Кенни так и не отослал домой кучера, чтобы тот распорядился приготовиться встречать гостей. Я всю первую половину дня зорко следила за теми, кто подъезжает к нашему особняку. Но, кажется, боги решили дать мне немного передохнуть.
Это в иных домах о прибытии уведомляли за неделю вперед. А у нас же — проходной двор для картёжников всех мастей. Хоть дам сомнительного поведения ещё с собой не таскали.
Эта мысль заставила поёжиться. К чему только такой ужас на ум приходит? Ой, не к добру!
Я тяжело выдохнула. Мне было о чем переживать — с такой репутацией, как у отца, ни один мужчина на меня с уважением и не посмотрит. Мне страшно было подумать, какие сплетни обо мне таскают. Что наговаривают, шепча друг другу на ухо очередную новость, прикрывшись ладонью.
Это очень злило. Лорда Кенни никогда не заботила семья. Ему было плевать на здоровье маменьки, он и сейчас раздражался, когда речь заходила о ней и ее смерти. Все отмахивался. Считал ее кончину чем-то немного досадным. Несущественным событием в его жизни.
Пустяком.
Да, именно так. Он никогда не любил ее. Да что там, не испытывал хоть сколько-нибудь теплых чувств. А женился, потому как ему было это выгодно, и не более.
Деньги. Семья матушки была не бедна, и приданое за ней шло солидное.
Я все стояла у окна и смотрела на улицу. Мимо нашего коттеджа проехала высокая лакированная коляска, в которой сидела красивая молодая пара. Я отвернулась. Все терзала обида за ту, которую так любила.
С годами я все больше сочувствовала женщине, давшей мне жизнь. Ужасная судьба. Несчастная девушка, которая не нашла в себе силы пойти против воли своей семьи. А ведь могла быть счастливой. Да, потеряла бы титул и подвергла бы себя позору. Но что с того? Какое дело до сплетен в высших кругах аристократии, когда твой возлюбленный из низов?