— Доктор Трегор? — быстро я вычислила того, кто мог ему поведать наши семейные тайны.
— Да, он мой хороший друг. Мне очень жаль, родная, что тебе в столь юном возрасте пришлось пройти через все это.
— Больше было некому. Нет ничего хуже договорного брака без любви, уважения и дружбы. Жить с мужчиной, зная, что тому все равно, жива ты или еще нет, — пробормотала я. — Своим детям я своей судьбы не пожелаю.
— Наши дети никогда не окажутся в подобной ситуации хотя бы потому, что мне глубоко не все равно, как ты себя чувствуешь. И я бы из кожи вон вылез, но не позволил бы тебе слечь с чахоткой. Всех бы на ноги поднял, согнал врачей, сиделок, знахарок. Из-под земли бы выкопал целителя с магией, но не позволил бы тебе умереть. В этом я готов тебе поклясться, Ханна.
Странно, но мне было проще ему поверить. Просто на мгновение представив себя в постели и Шая, отворачивающегося от меня, тряхнула головой. Нелепица.
Подняв руку, я осторожно коснулась его длинных волос, убирая их с его лица.
— Ты так и не рассказал о тех таинственных правилах разводов у драконов, — напомнила ему.
— Потом, там много тонкостей юридических. Придет время, и все узнаешь.
— Звучит как-то подозрительно, — я скупо улыбнулась.
— Ханна, я не привык врать. Я ведь сказал, что о разводе мы будем говорить, опираясь на законы драконов. Но у меня год.
— Хорошо, — я кивнула и взглянула на небо.
Снова выглянуло яркое солнышко.
— Все спросить хотел, где твоя шляпка, Ханна? Почему ты без нее?
— Боюсь, дорогой, если я выйду на прогулку в ней, то местные садовники умыкнут меня и установят на свои грядки, ворон вместо пугала отпугивать.
Ответом мне был тихий смех.
— Но ты не переживай, я успела внести в тот самый список как минимум две.
Тепло. Я лежала на пледе и смотрела на небо. Мягкие, пушистые облака проплывали мимо, никуда не торопясь. Легкий игривый летний ветерок шелестел в листве густого кустарника.
Нежно журчала вода. Рядом с нами в озеро сбегал ручеек. Изредка слышалось, как играет рыба. Зато насекомые стрекотали, не смолкая ни на секунду. Редкий малек время от времени выпрыгивал на бережок и опять уходил в воду.
Пахло свежестью, цветами и немного тиной.
— Ханна, ты всегда так мало говоришь? — Шай лежал на боку, подперев голову ладонью, и наблюдал за мной.
Поначалу это раздражало, но теперь я словно привыкла к его вниманию. Ну, глядит и глядит. Чего уж.
— Стараюсь помалкивать, да, — призналась нехотя. — Когда ты незаметна, то и жить проще. А ты любишь беседы?
— Я люблю хорошую компанию. Если мне интересен собеседник, то да, я словоохотлив.