— Что случилось? — воскликнула я, нервно вцепившись в край шубы. Несмотря на то, что водительский стаж у меня был уже почти пять лет, во всех этих штуковинах и поломках я была полный ноль и диким паникером, между прочим.
— Бензин… Бензин закончился, — зло прорычал Гоша и ударил по рулю.
— Но…
Я ожидала что угодно, но не это. Это был абсурд. Не мог же он взять машину с пустым баком, чтобы доехать до города. Ерунда. Я посмотрела на него в недоумении.
— Там было больше полбака! — воскликнул Гоша и всплеснул руками с досадой. — Видимо, датчик ерундит. Вот засада! Надо же было так лохануться.
Ситуация у нас была так себе. Снег не прекращался, машин на трассе почти не было, а перспектива замерзнуть посреди трассы была крайне реальной.
Гоша схватил телефон, быстро проверил связь, которой, впрочем, не было, и полез в карты. Я сидела молча, что было для меня не характерно. В кои-то веки у меня не было плана, а способность рационально мыслить куда-то делась. Мне было страшно.
Гоша быстро глянул на меня.
— Хорошо, что переоделась! — кивнув в сторону моих джинсов, сказал он. — До заправки километра два. Пошли.
— Пошли? — пискнула я.
— Есть идеи получше? — усмехнулся он.
Я покачала головой. Идти до заправки — это уже был какой-никакой план. Я заставила взять себя в руки. А то расклеилась как ребенок. Что же это со мной?
На улице было сильно холодно, но снег валил крупными липкими хлопьями, тут же оседая на одежде. Мы вышли на улицу и побрели вперед в сторону заправки. Идти было неудобно. Снег еще не почистили, обочины были как маленькие сугробы, угги скользили, и пару раз я чуть не грохнулась, наступив на ледяную корку под снегом.
Спустя минут пятнадцать стало холодно. Я поплотнее укуталась шарфом, пряча красный нос и обветрившиеся губы. Дикость и абсурдность ситуации убивали. Вечер. Пара дней до Нового года. А я шла по трассе хрен пойми где до заправки, которая тоже была хрен пойми где. Ни света огней, ни луны, никаких ориентиров. Только снег и свет фонарика, который я случайно нашла в бардачке.
Гоша шел за мной, страхуя и подгоняя, когда я начинала тормозить. Руки в тонких перчатках стали замерзать.
В какой-то момент я вновь встала на ледяную корку и подскользнулась. Гоша подстраховать меня не успел, и я со всей дури шмякнулась на задницу, подняв вокруг себя ворох снега.
— Ой, Кир, — Гоша бросился ко мне, но я лишь приподнялась, чтобы вернуть равновесие, и расхохоталась. Горько и немного истерично. Все происходящее казалось абсурдным. Ну разве могло такое произойти?
Гоша сел передо мной на корточки, стряхнул снег с моей шапки. В его глазах была тревога, видимо, он серьезно беспокоился за мое психологическое состояние.