-Маш, ты знаешь, мне это неинтересно больше. Даже вникать не хочу. Главное, что это меня больше не касается.
По дорожке из-за дома в мою сторону выходит Лев. На руках у него маленький Антошка.
Замерев с детской футболочкой в руках, любуюсь ими.
Лев срывает ветку жасмина с цветами. От них аромат на всю улицу. И подносит к лицу Антошки. Проводит белыми лепестками по носу. Чёрные бровки ребенка удивленно поднимаются. Смешно сводит глаза к носу, пытаясь получше рассмотреть цветы. И чихает.
-Будь здоров. Расти большой. Не будь лапшой, — смеется Лев.
Наблюдая за ними, я совсем забываю про Машу, так и висящую на проводе.
-Нила, ты еще там?
-Д-да, здесь я, здесь.
-У меня беда, Нила, — упавшим голосом.
-Что случилось?
-Я беременна. Снова! — шмыгает носом, начиная реветь. — Еве всего семь месяцев! Что мне дела-а-ать?
Лев с Антошкой проходят мимо беседки дальше — там, за стеной соседнего дома другой двор, а за ним проезжая часть. Они часто ходят туда «учить машины» — Лев называет марки, а семимесячный Антошка как будто бы «запоминает».
Лев подмигивает мне и посылает воздушный поцелуй. Антошка тоже замечает меня и начинает, как маленькая обезьянка, радостно подпрыгивать на руках отца.
Машу им рукой.
Из-за угла нашего дома показывается Анна Вениаминовна.
Внимательно осматривает двор. Увидев меня, торопливо семенит по дорожке в сторону беседки.
За ней следом с подносом, на котором стоит заварочный чайник и чашки, спешит Феофан Георгиевич.
-Неонила! — строгим голосом издалека начинает бабуля. — Ну, что ж ты схватила тяжёлый таз? Что у нас для этой работы мужчин, что ли, нету?
-Нила? — стонет в трубку Маша. — Я ж одна с Евой все время. Артурчик на новую работу устроился. С утра до ночи там пропадает. А мне и помочь некому! А, получается, рожать уже в начале марта! Может мне… Может аборт сделать?
Словно отреагировав на страшное слово, Анютка изо всех сил бьет пяточкой мне в живот.
Замираю, прижав ладонь к этому месту.
-Ты ж знаешь, Маш, как я к абортам отношусь…
-Да знаю. Но тебе-то чего не рожать? У тебя вон помощников сколько! Лев с ребенком возится. Бабуля ночами качает. Феофан еду готовит. А я…
Она права.
Мне грех жаловаться. У меня есть время и на отдых, и на себя. Я и по магазинам могу погулять, и в салон красоты езжу. У меня впервые за мою взрослую жизнь маникюр на руках. И даже на ногах…
Да и Антошка — очень спокойный ребенок, с игрушками часами возится в своём манеже. И за семь месяцев даже не болел ни разу. Тьфу, тьфу!
-Ну, привози Еву к нам. Отдохнешь. А они с Антошкой поиграют.
Иногда она так и делает. Когда совсем уж не остаётся сил и терпения.