– Будь со мной!
Вдох! И муж на колене передо мной!
– Шоу закончилось, – не дала я ничего сказать мужу на сцене.
Ни к чему. Мне теперь наплевать, что думают окружающие. Главное, чтобы они держались в рамках. А их мысли по моему поводу мне глубоко безразличны. Но и устраивать бесплатное представление из своей жизни я тоже не буду.
– Нам нужно поговорить. Давай отойдём в сторону, – сказала я, подавая руку и принимая его помощь.
Игорь отвёл меня в сторону и, целуя пальцы, произнёс:
– Давай сбежим? Мы отметились, ярко блеснули и всех поздравили, пойдём?
– Пойдём, – согласилась я.
Ясная ночь встретила нас за стенами ресторана. Миллионы огней отражались от поверхности реки и дробились, дрожали на лёгкой ряби воды. Теряя реальные очертания.
Я запрокинула голову к небу. Где-то там, в вышине, есть звёзды. Их не видно в городе, но они существуют. Как нечто неизменное. Как опора мироздания.
Церетелевский Пётр нависал неопределённым тёмным монстром, поглощая краски. Тёмным силуэтом на фоне жизнерадостных огней города.
Было не холодно и сухо. Приятно пройтись немного по пустынной набережной. Вдохнуть свежесть ночи после душного вечера. Положила ладони на ноздреватый камень парапета, подставляя лицо ветерку с реки.
Буквально пара десятков шагов в сторону, и городской шум поглотил звуки ресторана, вплетая их в свою симфонию.
– Я заберу своё заявление. Мы не разведёмся. У тебя остался один шанс, Игорь. Не профукай его впопыхах, – проговорила я спокойно, глядя на мерцающие в ряби воды огни.
– Саша, – просипел муж, намереваясь продолжить, но я прервала его:
– Только песню про прощение не затевай! Просто попробуем жить вместе. Вместе работать и вместе заниматься домом и ребёнком.
Игорь стоял рядом со мной, грузно опираясь руками на каменный парапет набережной. Свесив голову ниже плеч. Совершенно раздавленный. Заслоняя собой городские огни.
Я повернула лицо и увидела, как подозрительно блестят его глаза.
– Спасибо! – хрипло выдавил муж, поворачиваясь ко мне, и я не ошиблась.
Слёзы блестели на его длинных ресницах.
Ещё полгода назад я бы в ужасе кинулась утешать его, а сейчас смотрела и понимала. Мне не нравится видеть своего мужчину в таком разобранном состоянии. Это мне не приносит удовольствия.
Так не должно быть.
– Поехали, у меня замёрзли ноги в туфлях, – вновь не дала я говорить Игорю.
Не хотела больше перетирать случившееся. Мы оба уже пережили это и истёрли в муку прошлое. Вот пусть оно и остаётся прошлым.
В машине рядом с мужем я действительно сняла туфли и спрятала ступни под шубу, подтянув под себя. Ловя при этом жадный взгляд.