Шли мы уже пару часов. Но тут Арагон поднял руку, и мы все замерли.
Он присел, коснулся земли, осмотрелся.
— Старый след, — проговорил он. — Часов шесть, не больше. Идут цепью.
— Сколько человек было в убежище? — спросил он у Лири.
— Нас было всего двадцать человек.
Генерал медленно поднялся, осмотрелся:
— Тут есть следы волочения. Возможно, есть раненые.
Он указал на несколько глубоких отпечатков сапог.
— Знакомый протектор. Это военные сапоги имперского образца. И шаги четкие, ровные. Судя по расстоянию между следами, шли быстро. Подгоняли пленных. И имперцев много.
Мы двинулись дальше, стараясь не шуметь. Лири вдруг замерла у камня, присела, вытащила из пыли что-то блестящее. Небольшой металлический кулон, тонко выбитый узором лозы.
— Это принадлежало папе, — прошептала она.
В голосе её прозвучал страх.
Арагон коротко кивнул:
— Диант перехвати Алекса. Я пойду первым. Лири, будь с ним рядом.
Мы поменяли очерёдность. Я уже не собирала травы. Мы была наготове.
Мы продвигались по следам почти час. Следы становились всё чётче, местами виднелись пятна запёкшейся крови. Потом путь оборвался. Были явные следы борьбы и крови.
Арагон переглянулся со своими людьми.
— Оставайтесь здесь. Я на разведку.
Мне было страшно отпускать его.
Но я знала — он подготовлен. И если не он, то кто вернётся живым?
Только сердцу не прикажешь: каждый раз при этом оно замирало.
Я поймала сосредоточенный взгляд Арагона, который на мгновении остановился на мне последним, и кивнула ему.
Он скрылся среди валунов и редких, искривлённых деревьев, которые прикрывали наше движение.
Лири села на пятки, сжала кулон, рука её чуть дрожала.
Алекс добрался до неё и сел рядом, оставив костыль сбоку, вытянул ногу, притянул девушку к себе и что-то тихо зашептал ей на ухо.
Я достала бурдюк с восстанавливающим зельем большей концентрации и передала его мужчинам.
Те сделали по паре глотков — даже если были удивлены силой зелья, никто не произнёс ни слова. Молчали. Мне нужно было поддерживать их силы в этом мире.
Вскоре раздался свист — на первый взгляд птичий.
Но… Этьен сразу вскинул голову. За ним — Диант. Даже Алекс насторожился.
Только Ройберг, как и я с Лири, ничего не понимали.
Почему мужчины вдруг пришли в готовность?
Ещё один свист — короткий, прерывистый. Потом второй.
Этьен поднял руку, требуя тишины, но мы и так были напряжены и молчали.
Снова череда птичьих свистов и Этьен встал, издав похожий свист, но долгий. Я посмотрела на него.
— Идем, — скомандовал он.
И мы снова двинулись в путь.
Теперь адъютант моего мужа считывал следы на сухой, каменистой почве, а потом я заметила царапины на камнях, которые Этьен обводил пальцами.