Тут в рассказе Марины все же наступила пауза. Марина рыдала, Юся стояла совершенно оглушенная. Вот это поворот, как сказал бы Шилов. Ну надо же… Денис, которого они все сбросили со счетов, оказался самой главной фигурой.
– Все! Все! – Марина резко отстранилась, оттерла пальцами щеки. – Простите меня, Юстинья Ефимовна, я все еще никак в себя прийти не могу после разговора с Денисом. Все… все просто опрокинулось, понимаете? Он так ребенку обрадовался, кажется, даже заплакал. А я… А если бы не вы… Если бы вы не заставили меня задуматься, если бы не дали эту неделю… Ой… – Марина уже кажется привычным движением спрятала лицо в ладони. – Мне теперь даже подумать страшно. Спасибо! – Марина еще раз порывисто обняла Юсю. – Вас мне бог послал!
– Его зовут Балтазар, – пробормотала Юся.
– Что?
– Ничего, – Юся вздохнула. – Я очень рада за вас, Марина. – Объятьями Юся была сыта уже по горло, но все же коснулась пальцами локтя девушки. – Я правда очень рада, что все так благополучно решилось. И мне кажется, самое большое спасибо вам надо сказать Владиславу. Он, в самом деле, совершил нечто необыкновенное, в отличие от меня.
– Да, вы правы! – горячо закивала Марина. – Я к нему заходила в офис, но его на месте не было, сказали, что уехал по делам. А писать я не стала. Хочу лично сказать. Завтра зайду, наверное. Ой… – она вздохнула. – Ой, я все никак не могу прийти в себя. Я поеду домой, Юстинья Ефимовна, хорошо? Меня сегодня с работы отпустили.
– Конечно-конечно. У вас сегодня день такой… насыщенный.
– Точно! – Марина как-то совсем по-девчоночьи хихикнула. – Юстинья Ефимовна, а можно, я у вас буду наблюдаться? По беременности?
– Можно, – Юся прикусила губу, чтобы сдержать то ли неуместную улыбку, то ли нервный смех.
– Спасибо вам! – Марина в очередной раз обняла Юсю – коротко и крепко – а потом резко развернулась и поспешила к остановке общественного транспорта.
Проводив Марину взглядом, Юся повернула голову к дверям клиники, словно ей надо было понять, где она находится, и заново заякориться в реальности. Чуть выше ее на несколько ступенек стоял Бондаренко.
– Слушайте, ну какая трогательная сцена, – он начал спускаться и поравнялся с Юсей. – Я буквально не дышал. Не подслушивал, нет-нет, не подумайте. Но чрезвычайно трогательно, чрезвычайно. Вы с Балтазаром в очередной раз совершили чудо, уважаемая Юстинья Аистовна?
Юся ответила не сразу. Помолчала под любопытным взглядом коллеги, потом вздохнула.
– Можно сказать и так.
Хотя, на самом деле, если чудо кто и совершил, то это не Юся и не Балтазар.