Вот он и ответ, почему и я, и Альбина ничего не заподозрили: чужую психоматрицу маг-менталист на себя может надеть только после добровольного согласия. Что скорее всего и произошло, когда Ядвига с Ангелиной встретились и договорились.
Вот говорила мне Альбина, что надо решать вопрос, а я тянул. Рано, рано… уже вот поздно стало. Как-то вдруг полностью и бесповоротно я понял, что потерял Ангелину. Нет, она наверняка жива и в полном здравии, но без помощи Ангелины, без ее предательства, спрятавшаяся за ее личиной незнакомка просто не могла здесь оказаться.
Внутри между тем все сильнее тлело глухое раздражение — на себя, на ситуацию. И постепенно раздражение переходило в злость. Знакомое чувство, знаю к чему ведет. И если я сейчас разорву путы, и начну метать молнии (если получится и если начну — мелькнуло опасение), к чему это приведет? Допустим, вот развалил я всех пятерых, дальше что? Только бежать. А куда? Еще раз убить принцессу Ядвигу — не очень хорошая идея. С другой стороны, я недавно и так слишком долго медлил, откладывая решение вопроса с Ангелиной, и к чему это привело? По мере размышлений делал уже привычные паузы в мыслях — неосознанно, ожидая услышать комментарий Альбины. Но ответа так и нет — звенящая пустота.
Фамильяр или заглушена, или уничтожена недавней вспышкой сияния, которая лишила меня свободы воли. Впрочем, в то что Альбина уничтожена — я практически не верил. Она — часть моей души, и сколько раз уже сохраняла себя при памяти, в гораздо более сложных ситуациях — взять хоть недавний вояж в загробный мир. Поэтому надеюсь, Альбина жива — из многих передряг она уже выходила, к тому же она связана с моей душой. И, как она говорила, убить ее может только сильный маг менталист…
«А Ядвига кто?» — спросил я сам себя.
Не продолжая, дурные мысли я отогнал. Совсем безнадеги в ситуации я все же не чувствовал — воля странного незнакомца, частично закрывшего мой разум, силу Ядвиги — если это именно она сейчас позади, намного превышает. Это дает надежду последнего шанса. Да и накрутить себя так, чтобы потерять контроль над эмоциями и вызвать вспышку ярости, сопровождаемую молниями я всегда успею. Тем более что сорваться могу прямо сейчас — потому что злости становилось все больше, а коридор все не кончался, я шагал и шагал вперед волей кукловодов.
Стараясь абстрагироваться от накатывающей волнами глухой злости, начал акцентировать внимание на окружающем. Коридор длинный, широкий и прямой. Через каждые несколько метров в стене светильники — сейчас горящие сдержанным алым светом. Прямо коридор красных фонарей. И куда ведет — пока непонятно.