Дальше длинная пауза, я гляжу на метель за окном — снег с дождём зарядил, Андрей переваривает всё сказанное. Песков-старший нас покинул, предупредив, что скоро обед.
— Временно прекращай все работы по проекту «Матрица», — неожиданно придумываю название. Банальное, но для внутреннего употребления сойдёт. — Сначала комплекс мероприятий по засекречиванию. Тут тебе карты в руки, но кое-что на поверхности. Первым делом покупаешь ещё один ноутбук, специально для проекта. Переносишь туда нужные программы и все наработки. Главное в том, что он никогда не должен присоединяться ни к интернету, ни к любым другим компьютерам. Лучше сразу саму возможность аппаратно ликвидировать. Например, вытащить сетевую карту.
— Из ноута хрен вытащишь… — бурчит Андрей.
— Тогда обычный комп. Места у тебя в комнате хватит. Принцип простой: информация должна идти только в него и никоим образом из него.
— Часть проекта у тебя.
— Сделаю то же самое, — пожимаю плечами.
Это не так просто. Кое-какие меры приняты, я не с бухты-барахты на Андрея наехал. Работаю с отдельной флешкой, все данные там. Когда занимаюсь проектом, к интернету никогда не присоединяюсь. Насчёт сетевой карты он не очень прав. Можно залить клеем сетевой разъём. Дёшево и сердито.
На мою идею Андрей разевает рот от неожиданности.
— Есть ещё сильные резоны не оформлять работу в диплом. Она слишком большая. Если нам удастся, мы совершим революцию в деле проектирования. Тут тянет не на отличный диплом и даже не на докторскую диссертацию. Это целое направление для коллектива докторов и кандидатов всяческих наук. И главным будешь ты. Со временем заведовать тебе целым отделением Академии Наук. Директором научного института станешь.
Рисую перспективы. Вроде пронимает, глаза загораются. Заканчиваю на контрасте:
— Или не станешь. Если будешь продолжать ушами хлопать. Например, отцу всё рассказывать. Да, даже ему. Через месяц-другой скажешь, что проблема перевода непрерывного в дискретное встала во весь свой непреодолимый рост. Скажешь, что вернёшься к работе через несколько лет. Короче, правдоподобно соврёшь, — идею, как от себя отделаться, Песков-старший сам и подал недавно.
После обеда возвращаемся в Андрюхину комнату. Успеваю занять кресло, Андрей валится на кровать. Наслаждаемся бездельем, так редко перепадает возможность ничего не делать.
— Ну и погодка, — начинаю светскую беседу. — Даже не хочется в общагу возвращаться.
— Не возвращайся, — предлагает Андрей. — Коврик в углу для тебя найдётся.
И хихикает, паршивец.
— Я бы и на коврик согласился, — тяжко вздыхаю, — но вечером репетиция.