— И кто тебе деньги на это даст?
— Кто-нибудь даст. Не государство, так спонсора найду.
К бабке не ходи, найду. Дальняя родственница из Южной Кореи мне в помощь, но и другие варианты опробую.
— Всё у тебя?
— Нет. Мне надо представлять, что ты задумал. Я прикидываю уже несколько недель способы космического запуска. Понять не могу, как ты собираешься процент полезной нагрузки повысить. Решил, что наклонная разгонная трасса, а лучше труба, выходящая на вершину горы, — самый выгодный вариант. А что? Старт на высоте пяти-шести километров, начальная скорость — несколько сотен метров в секунду. Или даже тысяч.
— Что-то смущает? — улавливаю сомнение в голосе.
— Всё было хорошо, пока не поговорил со знакомым отца. Тот в молодости горным туризмом увлекался. Говорит, что со строительством таких циклопических сооружений в горах лучше не связываться. Сейсмическая активность, оползни, сели, зимние лавины. И сама опора неустойчива. Утверждает, что горы часто можно представить, как огромную кучу булыжников, где каждый из них может двигаться относительно другого. По разным причинам. В том числе и от вибраций нашей трубы. Короче говоря, огромные риски.
— Приходи к нам, — решаю на месте. — Разговор длинный, поэтому по телефону неудобно.
Андрей обещает нагрянуть после обеда.
Он не единственный, кто решил меня побеспокоить телефонным звонком. Кира.
— Витя, до чего ж дурацкую ты мне идею дал! — девушка начинает выносить мозг с ходу. — Сунулась в эти разборки, сразу утонула! Там чёрт ногу сломит! Ты-то, может, и разберёшься. В чём-то. А я — точно нет!
— Так не бывает. Что там тебя так напугало?
— В одном месте строят сложные оптические схемы изображений, отражённых в шлемах астронавтов. В другом делается технический расчёт двигателя с прицелом на доказательство невозможности его работы…
— Ну, давай завтра часов в пять встретимся где-нибудь в кафе. На территории университета. В ресторан не поеду, — последние слова высказываю с лёгким надрывом.
Кира хихикает:
— Отчего же?
— На твои рестораны полгода копить надо. И оденься поскромнее. Чтобы мне не приходилось отвлекаться на отпугивание пускающих на тебя слюни.
На мои разговоры с Хижняк фрейлины морщат носики, но молчат.
— Зря вы так, — как свойственно моей натуре, иду в лоб. Прямо и бескомпромиссно. — Вам надо внимательно к ней приглядеться. Как она ходит, как одевается, как себя подаёт. Учиться надо всегда и всему. У конкурентов и врагов — в первую очередь.
Это поразительно, я и поражаюсь. Насколько новыми и неожиданными могут выглядеть вроде бы совсем обычные истины. Вот и девочки поначалу фыркают. Смотрю на них с насмешливым скепсисом: