— Да потому что Курбановские сказали, если найдут меня — убьют.
Олег поворачивается ко мне, с кривой улыбочкой.
— А к Громову не пробраться. Осада, мать её.
Красавчик подмигивает мне игриво и добавляет:
— Устроишь мне жаркие каникулы, а, Катюха? — и вдруг похлопывает по ноге нагло.
Я тут же вспыхиваю, краснею стремительно и скидываю бандитскую пятерню со своей ляжки.
— Руки!
— Ух, какие мы недотроги, — издевательски комментирует Олег и съезжает с трассы в город, — Адрес говори.
Я нехотя обозначаю своё место жительство, и бандит удивлённо приподнимает брови.
— Район неплохой.
Сама знаю. Урвала небольшой домик в хорошем квартале, благодаря Громову. Глеб Максимович очень помог с покупкой, нашёл хорошего риелтора, да и с кредитом помогли.
— Ну ты же тоже не в бараках живёшь, — замечаю едко.
Что-то мне не понравилось это пренебрежительное отношение. Но долго злиться на Мазура я не могу.
Подъезжаем к моему дому, и я неуклюже выбираюсь из машины, достаю ключи, отворяю ворота. Олег загоняет тачку и тоже выходит из салона, придерживаясь рукой за бок.
— Что? Болит? — спрашиваю с тревогой, пока открывала входную дверь на своём прекрасном крыльце.
Я дом этот купила исключительно из-за него, прямо сказочное крыльцо, с красивыми рельефными балясинами.
— Ага, — кряхтит Мазур, приближаясь, в его руке при каждом шаге позвякивают ключи от моей машины.
Он вкладывает их мне в ладонь и входит в дом, пока я суетливо откидываю свои тапки от входа в недра гостиной. Включаю свет. На встречу выходит рыжий персидский кот и протяжно мяукает.
— А, вот и мой соперник? — посмеивается Олег и присаживается с болезненным вздохом, подхватывая животное на руки.
— Персик не любит… чужих, — говорю я, с ужасом подмечая, как кот-предатель ластится к гостю.
— Меня все любят, — усмехается Мазуров и, скинув ботинки, по-хозяйски входит в дом, — где ванная?
Я быстренько провожу экскурсию по своему небольшому дому, забираю кота и оставляю гостя в комнатке, где хранятся все мои секреты. Такие, как, например, жиросжигатели, массажёры, и прочая дребедень для придания мне более приемлемого вида.
Сама же спешно провожу инспекцию комнат на предмет бардака и разбросанного шмотья. Всё найденное трусливо заталкиваю в шкаф спальни, уверенная на все сто процентов, что Мазур сюда не сунется.
А если сунется?
Меня окатывает жаром от одной только мысли о подобном развитии событий.
Возвращаюсь на кухню, ищу в холодильнике что-то готовое, от происходящего у меня разыгрался аппетит.
— Кать, — подаёт голос гость из ванной, — Иди-ка сюда.
Бегу на зов испугавшись. Открываю двери и вижу идеально сложенного мужчину, оголённого по пояс. На его боку багровеет огромный синяк, но он занимает меня мало. Больше внимания я оказываю кубикам пресса на животе и дорожке светлых волос от пупка, убегающих вниз, под пояс джинсов.