В ушах ее багрово поблескивали новенькие серьги.
— Мы уже почти добрались до входа в гору, когда погоня настигла нас, — рассказывал Вайдабор. — Матершинник поднял бурю, а Разлом собиралась поставить стену, но тут ее дочь выхватила нож и всадила куда-то ей в сердце. Валланто несла ее на спине, умерла мгновенно, даже не успев ничего понять.
— Божественное оружие, — скрежетнул зубами Бранд, теперь осознавший все до конца.
Божественное оружие, ну конечно, нож из храма! Олинэ была мертва, но сколько она пролежала бы, не убей Бранд ее на самом деле? Божественное оружие, даруемое лично богом! Спасти маму, ну да, смерть тоже спасение от проклятия! И он сам, сам-то хорош, купился на такое, как зеленый юнец! Подвел всех, погубил Валланто, которая не ожидала ничего подобного от дочери. Радовало только то, что она умерла мгновенно, даже не поняла, кто ее убил.
— Мы тоже ничего не поняли вначале, а затем враги оказались рядом с ней и мы бы погибли, но нас спасли элементали. Они выскочили из камня, сами погибли, но дали нам несколько мгновений. Я успел прикрыть собой Минта, — Вайдабор снова потрогал живот, — а Дж’Онни атаковал их чем-то очень громким.
Не крик Валланто, отупело понял Бранд, это была магия Дж’Онни, искаженная горами.
— Он пробился и убил дочь Разлом, но ему сломали переднюю ногу, ранили в бок. Мы начали отступать к туннелям, но вражеский маг закрыл туда вход, — бесхитростно рассказывал Вайдабор. — Матершинник крикнул Минту, чтобы тот пел, и некоторое время мы сражались, гора дрожала под нашими ногами, и мы знали, что вы тоже сражаетесь, мастер Бранд. А затем Матершинника достали, выбили глаз, а потом сломали вторую ногу. Минт сбился с песни, а Матершинник крикнул, чтобы мы бежали к вам, мастер Бранд. Враги начали смеяться, кричать, что битва стихла, значит их товарищи победили, а вы, мастер Бранд, погибли или перешли на их сторону. Тут Матершинник не выдержал и закричал, убив большую часть врагов на месте, но и сам ослабел. Его достали и смертельно ранили в грудь, потом навалились на меня и сразу ранили еще несколько раз. Я сражался, но если бы не недавние уровни, если бы не дубина, словно помогавшая мне, точно погиб бы еще раньше. Потом подоспели вы.
Вайдабор замолчал, рука его поглаживала дубину из сердцевины мега-дерева, затем сказал виновато:
— Я подвел вас.
— Ты сделал, что мог, — ответил Бранд глухо.
Его, как и семь лет назад, накрывало и захлестывало эмоциями. Снова все повторялось, Имрана и Миледа, голова Платы на его коленях и умирающий Дж’Онни, погибшая команда и уцелевший Бранд, снова раненый божественным оружием. Опять и снова, одно и то же, боль и страдания, потеря друзей и соратников, ничего не изменилось в мире. Ему казалось, что он поумнел, стал старше, справился с собой, но нет, он снова подвел тех, кто доверился ему и привел их на гибель.