Вчера она с явным удовольствием каталась на мускулистых кентаврах, хотя раньше Бранд за ней не замечал любви к лошадям. В целом посещение зимовья вышло удивительно мирным и приятным, без врагов в ночи, попыток изнасиловать Минта и всего прочего.
— Потому что я изучал моих подданных! — важно ответил Минт.
— Только начал не оттуда и поэтому все пошло через жопу! — всхрапнул и заржал Дж’Онни.
Да, кентавры отличаются от других, думал Бранд, вполголоса прислушиваясь к шутливой перебранке и подколкам Минта насчет потерянного королевства. Отличаются телом, как дриады и великаны, как авианы, практически неспособны к размножению с кем-то еще. Полукентавр, полуавиан, полудриада, никто не слышал о таких, а вот полуэльфийки, полуорки, полугномки встречались повсеместно. Бранд опять вспомнил пышнотелую трактирщицу Оссалину и решил, что это редкое исключение, все же ее прабабка была какой-то там героиней, так что великанов тоже можно было поставить в этот ряд размножающихся только друг с другом.
Глубинников — русалов еще стоило бы туда записать, иное строение тела и прочее метание икры, но глубинников было очень много, едва ли не больше, чем всех живых на суше вместе взятых. Их никак нельзя было назвать обособленными и медленно вымирающими, вроде тех же дриад и великанов, возможно и авианов. Сородичи Трентора были разбросаны по всему миру, но малыми общинами, так как им требовались особые условия для проживания.
Эльфы были приспособлены для леса, гномы для гор, орки для степей и орки походили на троллей, а те на великанов. Но в то же время все они, как и люди, могли жить практически, где угодно, размножаться друг с другом и во всем этом содержалась какая-то идея. Неприятная лично Бранду идея, которая раньше, до прочтения книги Ордалии, и не приходила ему в голову.
Боги создавали живых для защиты себя и войны с Бездной. С прошлого раза уцелели только дриады и драконы, а все остальные неудачные эксперименты сгинули. Дриады тоже не оправдали надежд, а вот драконы. Нет, драконы — это особый случай, решил Бранд, почти не обращая внимания на разговоры вокруг. Его тоже пытались втянуть в шутливую перепалку и, как всегда, обсуждение вопросов размножения, но быстро отстали.
Драконы выступали с позиций силы, но что, если бы они стояли уровнями вровень с остальными живыми? Сохранялось бы их превосходство? Поэтому они собрались в одном месте, бросив жилища и гнезда по всему миру? Ощутили, что вымрут, если не отгородятся от мира горами, зверьем и уровнями? Вопрос заслуживал отдельных размышлений, ибо обычно считалось, что драконов ограничили боги, дабы те не уничтожили всех живых или что им просто неинтересны стали мелкие и глупые живые. В общем, драконьи горы рассматривались с позиции силы драконов, не с позиции слабости и выживания.