Ольд поднялся, смахнул мой рисунок и начал чертить свой, быстро и уверенно, и я понял, что дальше лучше помолчать. Плотник думал руками, палочка летала по стружке, оставляя за собой линии, и на столе проступало ложе, уже не мое схематичное, а настоящее, с пазами, с утолщениями в нужных местах, с канавкой посередине, по которой пойдет стрела.
— Значит так, ложе собираю из двух половин, стягиваю скобами, а канавку выбираю заранее, чтобы стрелу не водило, — бормотал Ольд, не отрываясь от стола. — Здесь вот утолщение, где лук крепится, тут нагрузка самая серьезная, надо усилить. Накладку сделаю из лиственницы, она пружинит и не расколется при ударе. Вот здесь вырез для катушки твоей, вот паз для оси… Ручки сзади, как ты нарисовал, только я их подлиннее сделаю и чуть разведу в стороны, так хват надежнее. А вот тут, внизу, площадку под крепление к станине, и чтоб ложе на ней ходило свободно, вставлю между ними промасленную деревяшку, будет скользить и не заедать.
Он чертил и чертил, проговаривая каждую деталь вслух, а я просто сидел и слушал, поправлять тут нечего. Когда мастер видит конструкцию целиком, лезть со своими уточнениями только мешать. Ольд и станину уже прикидывал, тренога в основании, тяжелые чурбаки по краям для устойчивости, и поворотный узел по центру из двух деревянных шайб, стянутых осевым штырем.
— … А чтобы не расшатывалось, косынки по углам врежу, — закончил он наконец, выдохнул и отложил палочку. Лицо у него раскраснелось, и видно было, что ему не терпится уже бежать к бревну и начинать пилить.
— А лук просто лук, без затей? — уточнил Ольд, уже явно планируя работу на ближайшие дни.
— Ну обижаешь! — возмутился я. — Мудрить будем, разумеется! Сделаем ламинат, по типу рессоры.
Пересел поближе к верстаку, сдвинул стружку в сторону и начал рисовать заново.
— Принцип такой. Режешь бревно на тонкие полоски, доводишь каждую до гладкости, задаешь изгиб. Первая полоска длинная, она будет основой. Следующая чуть покороче, ложится под первой. Третья еще короче, и так ступеньками, все меньше и меньше. Затем скрепляем все эти полосы вместе, и получится лук, в котором дури столько, что никакой жил не убежит.
— Склеим их твоим чудо-клеем! — обрадовался Ольд, и глаза у него загорелись.
— А вот тут не угадал… — скривился, сейчас придется его огорчить. — Склеивать нельзя, вся суть конструкции в том, чтобы полосы скользили между собой. Когда лук сгибается — каждая полоска чуть сдвигается относительно соседней, и это дает упругость. Склеишь намертво, и получишь просто толстую доску, которая сломается при первом натяжении. Скреплять скобами надо, веревками, и делать это прочно, но так, чтобы ход между слоями оставался. По центру пробьем отверстие и через него притянем лук к ложу.