Казалось бы, быстрое выращивание деревьев. Это не взрыв, не метеорит и не призыв какого-нибудь чудовища. Чем эта штука может помочь в бою?
Во-первых, такая способность позволяет менять ландшафт за считанные секунды. Например, можно прикрыть уязвимые отряды от натиска кавалерии или обстрела.
Во-вторых, дополнительная древесина во время осад. Иногда это, действительно, может помочь. Особенно если приходится долго и мучительно проламывать оборону врага.
В-третьих… а можно ли, например, кастануть этот буйный рост прямо под крепостную стену? Все знают приколы про одуванчики ломающие бетон и асфальт. Если эта штука работает как стенолом, то её полезность сложно переоценить.
В-четвёртых, подобным чудом убить тоже можно. Допустим, вражеская пехота набьётся в какой-нибудь узкий коридор типа улицы осаждаемого города. Или же их возьмут в окружение несколько наших отрядов, заставляя противников теснить друг друга. Кинуть пробуждение леса в центр подобной толпы и косточки затрещат.
Добрейшей души я человек, конечно. Избранный богиней милосердия.
Впрочем, с другой стороны, все познается в сравнении. Легко быть милосердным, когда тебе это почти ничего не стоит. Подать нищим на улице или, если говорить о моём прошлом мире, отправить какой-нибудь донат на приют для животных. Мне же здесь приходится выбирать между массовыми казнями и дополнительной нагрузкой на своих воинов, которым и так сейчас приходится очень тяжело.
Прежде, чем отправиться спать, я надиктовал несколько писем. Они были обращены к Фальвусу, магам Багрового Круга и сенаторам Рега. В этих письмах я как бы невзначай интересовался не хотят ли уважаемые господа приобрести у меня тысячу-другую пленных с самовывозом. Готов сделать скидку, если народ купят не для перепродажи в рабы, а чтобы просто расстелить на пустующих землях. Следовало проявить ещё немного милосердия. А то вдруг Нэл лишит меня части бонусов за слишком активную работорговлю.
Темнота быстро опустилась на захваченный город. Но в этот раз мрак не сотрясали жуткие вопли лярв и других монстров. Сандис посадил своих чудовищ обратно на цепь до следующего раза.
В нескольких местах города ещё тлели пожары, однако очаги возгораний удалось локализовать.
Несколько десятков крупных отрядов легионеров с фонарями патрулировали улицы, особенно заваленные трупами. Подавители не давали монстрам добраться до мертвечины, а нежити подняться из гор растерзанных тел. Венаторы проводили простейшие обряды очищения. Также я направил туда шаддинского жреца-перебежчика Ицибала. Он тоже мог совершать погребальные ритуалы, защищающие мёртвых от опасности.