— Напишу сенаторами из своей семьи в Столицу, — произнес я. — Попробуем оформить твои действия как вынужденную необходимость. Если сторонники Антавия Карра нас поддержат, то ситуацию удастся замять.
— Да бросьте, триумвир, — усмехнулся Петрий. — Что они мне сделают? Казнят? Вряд ли. Отсыпят палок? Стратегам не положено. Засрут карьеру? Мне большие почести и так не грозят. Не надо марать много бумаги ради старика Петрия. Давайте лучше воевать. Я приказал разведчикам рассредоточиться по округе, — объявил бывший центурион. — Две центурии пеших эксплораторов, центурия превенторов и вспомогательный отряд ализейских лучников в ещё сотню человек.
— И это всё пехота… — вздохнул я.
— Пехота. Да. Имперская пехота! — горячо начал защищать своё решение Петрий. — Лошадей то у меня уже нет. Лошадей мы съели.
— Ничего страшного. Скоро здесь будет Октан Мерцин. Он приведёт с собой кавалерийский отряд.
— А, мальчишка-всадник с Лимеса Запад. Он хорош. Очень даже неплохо для аристократа, но его дружок Церт… Вот он с гнильцой. Опасайся его, триумвир. Он ничем не лучше Сандиса.
Петрий был очень смел, раз так открыто гнал на мастера-шпиона всея Империи.
— Церт хоть и находится в тылу, но делает полезные вещи, — ответил я.
— Он рассказывает, о полезных вещах, которые сделал. Да! Об этом он горазд болтать. А вот сколько навредил — молчит. Такие как он вредят больше, даже когда пытаются принести пользу.
Уважаемый Михаир Лиардиан, вы только что прослушали образчик выражения сословного неравенства с щепоткой конспирологии.
Однако новость о смерти Нималексиса Царона Петрий сумел воспринять, отставив в сторону свою классовую борьбу.
— Жаль. Смелый был парень. Легионеры его любили. Он лично вёл их в бой и про быть не забывал.
Остаток дня я слушал отрывистую речь Петрия. Мы занимались обустройством лагеря, беседовали с центурионами, а также по мере возможности вводили подкрепление в курс дела.
— Следующий город на нашем пути Махен-Тир, — говорил я смотря на загорелые, местами облезшие и исхудавшие лица. — Если он падёт, то путь на вражескую столицу будет открыт. Её взятие не обеспечит нам полной победы, но будет тяжелым ударом для Шаддинско Царства.
— Шаддинских изменников и разбойников, — типа поправил меня Петрий, хотя и сделал это довольно уважительно.
Ох уж эта имперская бравада, которой не чужды все сословия от сенаторов до простых вояк. Нет никакого Шаддинского Царства! Это просто очень большая банда, занимающая очень просторную территорию. Просто банда с армиями под сотни тысяч воинов, лучшей в мире конницей и разветвлённой сетью дипломатических отношений. Обычный случай крайне запущенного разбоя.