Нет твоей власти надо мной, божество убийц!
— Вы пересекли черту, — зло произнесла Лания. — Канртег должен был оставаться мертв.
У Мирканто были свои счеты с темными жрецами. Каким-то образом они сумели обуздать и поставь себе на службу её силу многие века назад.
— Это война, — ответил я. — Враг направлял на нас саранчу, солнечные лучи, чудовищ. Так называемые язаты. Знаете таких? Поделки, Эагиса, как я понимаю. Это его наработками пользуется шаддинское жречество, да?
— Жалкие игрушки для всего мира не опасны, — оправдал шаддинских жрецов Утред. — Тем более вы почти все их переломали. А вы… Кого они там оживили, Лания?
— Ксигона, — Королева пиратов будто выплюнула это имя.
Утред насупился пуще прежнего, почесав своей лапищей затылок.
— Погоди… Это который захватывал Сулим? Победитель Тигриного Царя?
Лания кивнула. Утред тяжело вздохнул, пробормотав какое-то ругательство про сиськи Неридии. Не знаю стоит ли мне оскорбляться на подобные упоминания матери моей возлюбленной.
— Что за Тигриный Царь? — спросил я.
— Реликтовый божок сулимских джунглей, — пояснила Лав. — Как тот, которого ты оживил на Севере, но более разумный. Людишки Сулима скармливали ему жертвы в обмен на защиту. Свинок, слоников, рабынь. Канртегским жрецам такое положение вещей не понравилось. Они сами захотели тянуть кровь из Сулима.
Я вспомнил зиккурат, сокрытый в джунглях, и арену, на которой проводились сражения турнира. Древние свидетели канртегской власти над Сулимом.
— Жрецы тёмного города были отвратительным народцем, — наконец снова заговорил Азард. — Но даже среди них Ксигон выделялся мерзостью своих деяний. Муж родных сестёр и дочерей. Алчущий плоти зверь, возомнивший себя богом.
Хм. Ясно в кого Сандис такой уродился. Отменная генетика. Впрочем, и среди сенатской верхушки Империи своих упырей хватает.
— То что Сандис и его предок не очень приятные ребята я уже давно понял. Однако вы тоже меня поймите. Союзников не всегда удаётся отобрать по принципу моральной чистоты. Ксигон выступил на нашей стороне. Дал возможность моим войскам нанести поражение Шадду. Что мне оставалось делать? Приказать воинам отступить ибо это нечестная победа?
Можно было ещё припомнить Азарду, что он не вполне честным путём одолел Неридию, но я решил не давить на старые мозоли древнего мага.
— Что ему оставалось делать? — Утреду мой ответ, похоже, не очень понравился. — Ан-Лигур, — обратился магистр к одному из гробничников. — Расскажи триумвиру Михаиру Лиардиану какие меры мы предпримем.
Ан-Лигур… Знакомое имя. Кажется, мы уже пересекались с этим служителем Шан-Асола. Однако в лицо не опознать да и голос у гробничника оказался точно такой же как и у остальных служителей его организации. Ан-Лигур начал вещать в официальной манере.