Я стоял на коленях посреди комнаты, а у меня на руках умирала от холода десятилетняя девочка. И я с этим ничего поделать не мог.
Я хотел бы научить её, как согреться, как сделать так, чтобы умирать было необязательно, но она почему-то не хотела этого.
У неё явно имелся ответ на этот вопрос, но холод сковал её тело, заморозил губы, и сейчас, она просто смотрела на меня потухшими глазами. Смотрела, я видел это. Там, в глубине, ещё была она — Таська. Я чувствовал это. Но не понимал, что должен сделать.
— Что ЕСЛИ⁈ — прокричал я, понимая, что она мне, скорее всего, не ответит.
Но я очень хотел услышать ответ. Ведь от него завесила её жизнь. Что может заставить девочку отвернутся от другого человека? Что может отпугнуть? Что я сделал такого, отчего Таська никак не хотела становиться моей ученицей. Ведь захоти она, я нашёл бы способ. Я смог бы спасти её. Что я сделал не так? Или… не сделал…
А вокруг нас сидели, готовясь умереть, ещё девять человек.
Ледяной холод не оставил шансов никому. Мороз забрался в дом, несмотря на все наши усилия сдержать его наступление. И теперь медленно, капля за каплей забирал тепло, а вместе с ним и жизни моих учеников.
Нет, не только их. Мою тоже. Я понял, что перестал выполнять «дыхание дракона». Последний раз сделал это, когда закутался в пальто вместе с Таськой, стараясь согреть её. А сейчас, когда пытался докричаться до неё, не мог сконцентрировать внимание. Наверное, даже так, не греясь, я продержусь дольше всех, а потом всё равно начну дышать и согреюсь. Это как тонущему пытаться не вдыхать. Просто невозможно. Если организм понимает, что сознание отказывается участвовать в поддержании жизни, он переходит на другой уровень обеспечения — вегетативный.
Но сейчас даже этот уровень у ребят постепенно утрачивал контроль над телами. И каждый в этой комнате сейчас мог надеяться только на меня. Если ещё был способен испытывать надежду.
А сам я мог рассчитывать лишь на свои силы.
И я должен был спасаться не только сам, но и вытаскивать остальных. Иначе, зачем я здесь?
Правда, некоторые в комнате ещё старались сделать хоть что-то.
Гриша всё пробовал, но никак не мог понять, как управиться с новым умением. «Дыхание дракона» у него не стабилизировалось. Пожалуй, он был самым упёртым и «живым».
Щербатый, который вроде бы смог запустить цикл один раз, теперь сник. После того первого раза у него ни разу не вышло. И он снова почти замер, утратив способность сопротивляться холоду и бороться.