В общем, наверное, так действительно будет лучше, не затягивать со спором. Тем более, до вчера, до встречи с Романовским времени предостаточно.
— Я согласен. Давай сегодня сразу после уроков.
— Отлично! — Бутурлин снова усмехнулся, а затем прошёл в сторону своего места, где уже сидели Шереметев и Головин.
— Ты дурак? — Тихо спросила Лопухина. — Зачем согласился? Это же очевидно, Макс вчерашнего позора тебе не намерен прощать. Он точно приготовил какую-то подставу. Я Максюшу знаю с детства. Ты вчера капитально задел его гордость.
— Ну, ничего… — Я посмотрел снова в сторону Ангелины. Романовская, наконец, получила столь желанную заколку и сидела теперь счастливая, до одури. — Посмотрим, что там Максюша придумал.
— Вот сюда… Пожалуйста. Проходите… — Девушка, одетая в специальную униформу черного цвета, встретила меня на пороге заведения.
Судя по вывеске, это был какой-то очень крутой ресторан. Даже, наверное, особый клуб для избранных. Потому что на стоянке закрытого высоким забором от посторонних глаз двора, стояли такие тачки, что просто закачаешься. Откровенная демонстрация роскоши. Стоимость каждой машины — приблизительно вровень с бюджетом моего родного города. Хотя… Нет. Мелко. Двух городов.
Ворота открывались автоматически, на выезде я заметил штуки три камеры и… И все. Никого. Так могло бы показаться на первый взгляд.
Однако, когда машина, которая доставила меня на встречу с Ликвидатором, остановилась рядом с одной из дорогущих тачек, я заметил, как из кустов сначала бесшумно появилось черная тень, а потом так же, не производя вообще никаких звуков, снова исчезла.
Видимо, место настолько особое, что здесь даже охрана не хочет мешать уважаемым гостям. Патрулируют территорию максимально незаметно.
— Выйдешь, сразу топай ко входу. Тебя там встретят. — Безразлично сообщил особист, который сидел за рулем.
Я его видел впервые. Впрочем, это неудивительно. Подчиненных у Романовского много.
Я молча посмотрел особисту в затылок. Мысленно хотел пожелать чего-нибудь поганого, но потом тормознулся. Спасибо, плавали. Знаем. Уже одной вон пожелал. Еле исправил последствия. И то непонятно. Исправил ли.
Поэтому, придержав нехорошие слова при себе, я выбрался на улицу и покрутил головой.
Вход действительно был. И вывеска была. На кой черт она внутри территори, а не снаружи, не знаю. Можно подумать, люди, которые сюда явились, способны сделать это по ошибке. Типа, ой, не туда зашёл.
Я направился к высокой, украшенной вензелями, двери, на ходу поправляя рубашку. Выгляжу, как серт знает что. Еще и нижнее белье мокрое.