Это слово, которое Княжна произнесла после маленькой паузы упало в толпу словно тяжёлый камень в воду. Плюхнулось с громким «бульком».
Бутурлин снова оглянулся в сторону, откуда пришел сам, и опять не получил поддержки. Он посмотрел на Елизавету, потом на меня. Во взгляде Наследника была такая ненависть, что, пожалуй, дай ему сейчас кто-нибудь в руки нож, он вонзил бы его в кого-то из нас. Или, может быть, в обоих.
— И-а… — Тихо произнёс Максим.
— Не слышу! — Елизавета приложила ладонь к уху.
— И-а! — Гаркнул Бутурлин, наливаясь при этом краской. — И-а! И-а!
— Отлично! — Княжна снова восторженно захлопала в ладоши. Господа, кто это?
И вот тут случилось то, чего даже я не ожидал, а уж Бутурлин тем более.
— Осел! — Выкрикнул кто-то из зала. Но не скромненько, как было в моем случае, а громко, весело.
Бутурлин вскинулся и принялся взглядом искать того, кто посмел. Однако тут же со всех сторон с хохотом понеслось:
— Осел! Осел! Осел!
Мне кажется, это слово кричали все гости разом. Причем, кричали задорно, с энтузиазмом, со смехом. И боюсь, вряд ли бы заткнулись, если бы не Елизавета, которая взмахом руки остановила эту вакханалию глумления над сыном бенефициара. А самое главное, хрен поймешь, кому мстить за неуважение. Даже если глава Корпорации захочет это сделать, он просто не сможет. Ему придется наказывать всю столицу.
— Ах, как же вы меня порадовали… — Княжна прижала ладошки к груди, сложив их вместе. — Ну теперь я выберу победителя. Считаю, что Антон был более естественным в своей роли. Подойдите, господин Лерманов.
Я сделал счастливый вид и приблизился к Княжне.
— Я дарю вам вещь, которая всегда будет напоминать о сегодняшнем дне. Спасибо, что вы подарили мне такую удивительную способность быть свободной.
Елизавета осторожно приподняла края платья, скинула одну туфельку и выставила вперед ножку.
— Вот. Снимайте чулок с моей ноги…
Черт… Это было круто. Действительно круто. Мы с Княжной красиво разделали Бутурлина под орех. Морально, конечно, но тем не менее, все равно разделали. А завтра, ко всему прочему, я ещё намерен забрать свой выигрыш. Лопухина и Романовскся ставили конкретно на меня. Там теперь и моя доля.
— Антон!
Я почти уже поднялся по лестнице до второго этажа, когда Ликвидатор меня окликнул. Он стоял рядом со ступенями, глядя на меня снизу вверх насмешливым взглядом.
— Ты спрашивал, что я знаю о твоих родителях. Интересовался своим настоящим отцом. Так вот… Сегодня ты находился в двух шагах от него.
— Антон… Антон…Прошу тебя… Антон, пожалуйста…
Голос глухо пробивался сквозь вязкую пелену сна, но я не сильно хотел вникать, что это — реально кто-то зовет или мне чудится. Я просто дернул ногой, дабы на всякий случай отпихнуть незванного гостя, если таковой имеется, что маловероятно, а затем буркнул под нос пожелание, смысл которого сводился к рекомендации проваливать к черту. Затем перевернулся на другой бок и, закинув ногу на одеяло, собрался продолжить столь прекрасное занятие, как ночной отдых.