— Что такое, Борис? Ты расстроился? — Невозмутимо спросила Романовская. — Это вполне логично. Чтоб родился один правитель, другой должен умереть.
— Да пошли вы со своей логикой и своими разумными подходами. Ты на хрена княжну убила, дура? Она тебе чем мешала? Наследник в любом случае я.
— Ну перестань. Зачем вот эти волнения? — Ангелина небрежно пожала плечами. — Потом еще нашлись бы желающие воспользоваться княжной. Знаешь, бывали прецеденты. А так… Скоро народ узнает о трагической гибели своего правителя и его дочери. Горе горькое. Убийца, правда, будет пойман. Это — сошедший с ума Сергей Сергеевич. И такое бывает. Власть вскружила ему голову. Постоянная, многолетняя война с псиониками сделала свое поганое дело. Вот он и совершил государственное преступление. Да еще воспользовался для этого услугами одного из псиоников. Вон, бедного мальчика заставил убить всю обслугу и самого императора.
Романовская посмотрела на Толика.
— Кто? Я⁈ — Ужаснулся мой товарищ. — Я такого не мог.
— Ну а кто об этом узнает? — Ангелина развела руками. — Вы же погибнете. И ты, и Сергей Сергеевич. Я, как истинная подданная, своими собственными руками выстрелю в родного отца. Потому что интересы империи превыше всего. А мы вообще здесь с Борисом и его матерью оказались случайно, если что. Просто сумасшедший Ликвидатор каким-то образом узнал, что у императора должен еще быть сын. Узнал, разыскал, привез в столицу. Бедный Борис не знал о том, какая ему уготована роль. И как раз сегодня Полковник привел Бориса сюда, во дворец, чтоб совершить свое злодеяние. Сначала убил с помощью псионика охрану, потом его императорское величество и княжну. Но тут я, которая поняла, что папочка поехал крышей, вступила в борьбу со злом.
— Ты серьезно? — Я сделал шаг вперед, прикрывая своих спутников.
Что интересно, Романовский слушал все это молча. Ни слова не произнес. Хотя, уверен, желание высказаться у него имелось. Однако, по его лицу я понял — все. Надежды у Сергея Сергеевича не осталось. Он осознал, моя родительница была права. Ангелины больше нет. А перед нами сидит какая-то особо продуманная тварь.
— Что не так? — Ангелина вопросительно изогнула одну бровь. — По-моему, отличная версия.
— А по-моему, ты просто на самом деле дура. Что мне мешает сейчас тебя убить? Ну, ок. Императора больше нет. — Я говорил спокойно, хотя при этом чувствовал, как во мне снова начинает подниматься и разрастаться колючим комком злость.
В окнах с тихим звоном задрожали стекла. Стулья, обитые красным бархатом, оторвались от пола и начали медленно подниматься вверх. Похоже, мое состояние снова приведет к взрыву. Как в сквере. Но сейчас, пожалуй, я буду этому рад.