— Вот именно. Абсолютная тишина. Неестественная. Похоже, здесь тоже все мертвы. — С досадой произнёс Полковник.
— Не все. — Из-под широкой лестницы, которая вела на второй этаж, где, насколько я помню, находится тронный зал, появился знакомый пацан. «Воскресший». — Мы вас заждались. Идем.
В этот момент за моей спиной нарисовались мать и Толик. Как раз вовремя, чтоб услышать приглашение, озвученное тем самым псиоником, которого потеряли особисты. Именно он стоял сейчас возле лестницы, ожидая что мы последуем за ним. Так понимаю, нас ждет Романовская. Она у них типа за главного.
— Неожиданно. — Пацан, заметив родительницу, нахмурился. — Значит, ты сделала всё-таки выбор. Ну что ж. С одной стороны, жаль. С другой, ты хорошо сгодишься на роль опекуна и советника юного императора. Тебе же главное, что он чувствовал себя хорошо.
Пацан высказался, развернулся и пошел по ступеням вверх. Мы, естественно, тоже пошли. Стоять на месте, как минимум, глупо. Хотя по поводу «юного императора» я мог бы ему сообщить до хренища интересного. Еще было желание долбануть его в спину. Но он, уверен, об этом знает. И раз так спокойно топает вперед, значит имеются причины, по которым лучше не делать ничего подобного.
— Здесь тоже всех? Ну… — Толик расстроенно хрюкнул носом.
Видимо, он имел в виду, что и во дворце все, кто находились на службе, стали жертвами Романовской.
— Угу. — Ответил я, сосредоточенно при этом размышляя. Что же гадина нам приготовила? Ведь очевидно, приготовила.
— Блин… Жалко как. — Вздохнул Толик за моей спиной.
— Надо думать не о погибших, а о живых. Их гораздо больше. — Одернул я пацана. — Хватит киснуть. Соберись. А то сами приляжем рядом с остальными.
Собственно говоря, все было именно так, как я и думал. Мы вошли в тронный зал, там нас ждала Ангелина. Причем ждала, усевшись на трон. В руках вертела корону.
— Приветствую, господа. — Сказала она едва мы выстроились в рядочек под ее внимательным взглядом. — Сегодня у нас праздник. Можно сказать, король умер, да здравствует король.
Я дёрнулся и машинально оглянулся по сторонам.
— Ну ты и сука… — Вырвалось у меня против воли.
В стороне от трона, ближе к окну, лежал сам император. Рядом — Елизавета. Их просто бросили в угол, как хрен пойми кого. Как старые, ненужные вещи. Хлам. Я попробовал уловить сознание у одного, потом у второй. Ничего. Ноль. Видимо, то же самое, что и остальными. Внешнее воздействие на мозг.
Ладно император. Я его по сути не знал вообще. Да и так-то он меня в младенчестве хотел угробить. Но вот Елизавета… При виде ее я вдруг почувствовал, как в груди что-то очень, очень сильно защемило. Заболело. Даже, наверное, так. И боль эта с каждой секундой становилось все сильнее. В башке упорно крутилось воспоминание о нашей с ней встрече. Первой и единственной.