Ли Перет поставил ногу на услужливо спущенную лестницу и мягко въехал в дорогое, обитое натуральной кожей брюхо машины.
Больше всего на свете он боялся показаться смешным.
Высотки административного города-гиганта скоро сменились густым лесом. И тут Ли Перет ощутил, что предусмотрительность Долгина была всё-таки не только навязчивой любезностью.
Машину несколько раз запрашивали с разных станций слежения, ведь она летела над частной охраняемой зоной.
Полети генерис на своём авто, пришлось бы отзываться лично, но министерский транспорт был оборудован автостори и опознавался сам.
Это давало Ли Перету возможность успокоить расшалившиеся нервы.
Сплошная зелень внизу убаюкивала. Пошли псевдокедры, потом снова полоса широколиственного леса.
Потом показалось Лосиное озеро, а значит, начались министерские заказники, где охотился Сам, не выносивший экзофауны.
Ещё немного, и внизу показался особняк, похожий на огромную чашу. Кар пошёл вниз, вильнул на стоянку, приземлился и вполз в ангар.
Ли Перет прошёл крытый павильон для служебного транспорта, миновал первые ворота, где его обыскали, как какого-то мальчишку. Миновал вторые ворота, где снова был просвечен и ощупан. Третьи… Его уже не раздражала процедура досмотра — он просто от неё устал.
С шашлычками тоже обманули. Сам сидел на застеклённой веранде, словно в рабочем кабинете: стол, висячие кресла. Справа от него грузно сопел Ирвинг Блогур, советник по особым вопросам, другими словами особист, слева цвёл Долгин.
Лендслер сидел напротив министра, спиной к двери, Ли Перет узнал его по широченным плечам и бритому затылку.
— Вот он, — хлопнул ладонью по столешнице Сам и уставился так, что у генериса похолодело во всём теле. — Нарисовался — не сотрёшь!
Макловски поднялся и подвинул Ли Перету кресло.
На вид он был массивнее Херрига, но двигался легче, порывистей, а дыхания его при этом было совсем не слышно.
Зверь, животное. Недаром в высоких кабинетах его называли Боровом.
— Рассказывай! — приказал Сам.
Селезёнка ёкнула, и генерис сполз в крепкие объятия воздушного сиденья.
— Я не уполномочен…– Он нашёл глазами графин с водой, но налить не решился, побоялся, что задрожат руки.
Лендслер сидел рядом, и его туша почему-то уже не пугала, а успокаивала. Чужое ровное биение не давало сердцу сорваться в галоп.
— Директорат не обязывал меня докладывать что бы то ни было военному министерству, — чуть расслабился Ли Перет. — Тем более, по последним сессиям у нас всё согласовано.
— Ты мне дурака-то не включай, — нахмурился Сам. — Где капсула с головой⁈