Главное же – борода, закрывающая добрую половину лица, от чего определить возраст говорящего было невозможно.
Не старый, но и молодым не назвать. Если смотреть на глаза – не старше тридцати, а то и младше, но всё равно по сравнению с моими двадцатью – много. А если на бороду, то все сорок или вообще шестьдесят!
– Подними, – отдал приказ мужчина, глянув строго на мальчишку. – Ну? Ты сажал этот хлеб? Растил? Пёк? Нет? Не смей кидать еду на землю, тем более хлеб, – припечатал он, наблюдая, как Алексей поднимает пирожок, извалянный в пыли, заворачивает в салфетку и передаёт в руки бородатому.
– Пойдём, – спокойно проговорил мужчина, огибая меня, словно не видел.
– Пап, тётеньке в Кандалы нужно, подвезём? – вдруг выдал пацан, показывая на меня пальцем. – Автобус ушёл, и экскурсионного тоже нет, – уверенно добавил.
– В музей? – скользнул по мне хмурым, упрекающим взглядом бородатый.
Сразу стало стыдно, хоть я и в не музей ехала. Интересно, что за музей-то такой?
– Нет, – кашлянув, ответила я. – У меня там дом… часть дома. Полевая семнадцать.
– Па-а-а-ап? – заныл Алексей. – Давай подвезём! Сам же говорил, людям нужно помогать.
– Пусть запотеет милостыня твоя в руках твоих, прежде чем ты узнаешь, кому даёшь, – назидательно выдал бородатый.
– То милостыня, а это помощь! Автобуса, правда, нет. Куда ей теперь? – как-то снисходительно глянул на меня Алексей, будто это мне восемь, а ему мои двадцать.
– Пойдёмте, – заявил мужчина, глядя на меня, предварительно окинув недовольным взглядом, будто я… не знаю, в поясе для чулок без нижнего белья стояла, а не в оверсайз футболке, велосипедках и кроссовках. – Мы мимо Кандалов едем, – Алексей закивал, подтверждая. – Довезём до Полевой.
– Поехали, – протянул Алексей.
Ситуация…
С одной стороны, не настолько я не социализированная, чтобы не понимать, что в чужом регионе, где никто меня не знает, садиться в машину с незнакомым мужчиной – верх глупости. С другой, складывалось впечатление, что жест доброй воли от взъерошенного парнишки не что иное, как крик о помощи.
Может моё присутствие поможет выгадать время и бородатый сменит гнев на милость… он явно сильно разозлился из-за копеечного пирожка. На нищих ни тот, ни другой похожи не были, но после практики в школе, посмотрев на родителей, я перестала удивляться чему бы то ни было.
– Если возможно, – промямлила я, неуверенно глядя на бородатого…
– Захар, – заявил он, легко подхватил мой чемодан, сразу же шагнув в сторону выхода с вокзала.
– Виталия…, – выдохнула я, спеша за своим… визави? Спасителем? – Вита.