Жаль, но ничего не получилось. Я не могла больше плакать, терпеть и страдать. Я просто лежала и смотрела на выключенную плазму на стене. И чувствовала, как меня трясет. Но не от холода. Это было другое чувство. Оно было жалящим, жгучим и охватывало каждую мою клеточку. И хотя со мной такое было впервые в жизни, я знала, что со мной происходит — во мне зарождалась ненависть. Всепоглощающая, к близким людям. И я не сопротивлялась этому чувству. В тот вечер я позволила себе ненавидеть свою сестру и своего мужа. Иначе бы просто сошла с ума.
Мирон
Сука! Какая же сука эта Лера!
И я тоже хорош! Видел же, что эта дрянь — первоклассная лгунья, и все равно недооценил эту стерву.
А ведь все было понятно еще с самого начала, когда она начала поливать грязью свою сестру за обедом. Уже тогда следовало ее заткнуть как минимум. Но я спустил все на тормозах. С какого-то хрена решил, что все обойдется и Лера сама свалит в туман. Думал, что просто ее задел мой отказ, вот и бесится, но все оказалось намного серьезнее.
Ее появление в клубе в моем кабинете неделю назад я списал на алкоголь, который она явно перебрала. Эта дрянь обещала мне все, что угодно, лишь бы я переиграл все и позволил ей оказаться на месте сестры. Она до трясучки хотела стать моей женой.
Разделась, предлагала себя, обещая нереальное наслаждение, не понимая, что все, что я от нее хотел — я получил. И что дело не в ее сестре. Лика не имела никакого отношения к моему решению больше не встречаться с Лерой.
Я мог жениться на ком угодно или не жениться вообще, и все равно между мной и старшей Самойловой ничего не получилось бы. Она красивая, неглупая, умеет себя преподнести, но не мое. Не екнуло нигде. Скорее наоборот. Чем больше она лезла в мою жизнь, тем противнее становилась. Порой мне хотелось задушить ее. Особенно в тот день, когда эта змея напела Лике о том, что Инга одна из моих подружек и Птичка выставила Ингу за дверь. Но разговора с Ликой хватило, чтобы сгладить неловкий момент. А потом я и вовсе забыл, что Лера может представлять собой опасность для наших отношений с Ликой.
Да и Птичка помогла. Заказала у Инги шутовское платье. Сестра моего лучшего друга была в бешенстве. Но не несмотря на ее возмущение я дал добро на любой каприз Лики. Мне было не важно в чем она будет одета и сколько это будет стоит. Напротив, я даже был готов поддержать любой ее выбор и подобрать себе костюм, идеально подходящий к ее платью.
И все из-за того, что в голове только Лика. Я долго не мог забыть ее упругие ягодицы в своих руках и тихий стон. Даже спустя несколько недель это воспоминание заставляло вибрировать все мое тело. Я не помнил, чтобы из-за самых невинных мыслей о девушке мне приходилось частенько поправлять натягивающуюся ткань в паху. И уж тем более, я не помнил, чтобы я отказывал себе в сексе ради кого-то. Поэтому выгнать Леру не составило труда. Она меня не впечатлила.