— Стой! — трагическим шёпотом потребовала Маша.
— А ты видишь тут других знакомых, которые могли слать тебе эсэмэски? — гневно зашипела Марина. — Уверена, это его лахудра постаралась тебя «просветить». А номер твой у Тимоши взяла. Сучка крашеная! — выплюнула Маришка своё любимое ругательство. Так, голову выше, грудь вперёд и пошла! Пошла, я сказала!
Марина легонько подтолкнула Машу в спину, направляя вперёд. Тимофей их пока не видел. Посетители, которые вначале обернулись на странных дамочек, вернулись к своим столам. Маша зафиксировала это всё механически, просто следуя за подругой, которая величаво плыла в сторону Тимофея.
У Маши так не получалось. Ну голову она подняла, усилием воли, а вот грудь выставить не вышло. Плечи сами собой стремились опуститься вниз. Да и походка не то что решительной, даже устойчивой не была.
Машу покачивало, ноги заплетались, пару раз она запнулась о чужие стулья, но извинившись шла дальше и… дошла.
Женщина увидела их первой. В глазах мелькнуло понимание и явное удовлетворение. Она как будто ждала и дождалась. Мягко тронула Тимофея за руку.
— Дорогой, кажется, это к тебе.
Это её тихое спокойное «дорогой» просто убило Машу! Так говорят любимым, так говорят уверенные женщины, так говорят любимые женщины!
Муж вскинул голову. Сначала заметил Марину, она стояла ближе. Потом Машу.
— Маша⁈ Ты что здесь делаешь⁈
Ни страха разоблачения, ни паники, ни попытки оправдаться. Только явное раздражение за испорченный вечер.
— Меня пригласили, — нашла в себе силы спокойно ответить Маша, — наверное, твоя дама.
Маша перевела взгляд на женщину. Да, молодая, но не юная. Около тридцати. Волосы и правда крашеные (права Маринка) в платиновый блонд. Очень ухоженная, стильная. Красивая, но как-то искусственно. Впрочем, неважно.
— Дорогой, — тут же встрепенулась спутница мужа. — Это я написала Марии. Просто посчитала, что пора объявить уже о наших отношениях, да и Марии надо успеть подготовиться к новой жизни. Согласен?
Её рука плавно и ритмично поглаживала запястье Тимофея, пытаясь погасить зарождающуюся ярость, но тот, не обращая внимания на спутницу, буравил взглядом Машу.
— Я тебе сказал, что уезжаю в командировку! Какого чёрта ты попёрлась искать меня по ресторанам⁈
— Я не тебя искала. Я же сказала, что получила сообщение с приглашением в «Сонату».
— Да мало ли какой урод мог это прислать, а ты бежишь сломя голову не думая о последствиях! Ты моя жена, а у меня много завистников и недругов. Хочешь оказаться где-нибудь в придорожном кювете⁈ Идиотка!
На них опять начали оборачиваться. Тимофей побледнел и сжал кулаки. На виске билась нервная жилка. Никогда! Никогда раньше Тимофей не разговаривал с ней так грубо и не орал, хотя и задушенным шёпотом. Маша аж захлебнулась от несправедливого обвинения.