— Ром, забежишь после школы в магазин за хлебом? У тебя же сегодня нет тренировки? А то я сегодня поздно буду, дела.
— А отец? — Ромка недовольно скривился, и экран послушно отразил его рожицу.
— Папа, скорее всего, тоже задержится. Ты же понимаешь, у него бизнес.
— Ладно, — нехотя согласился сын. — Но учти, с тебя в субботу рагу! Надеюсь, в субботу ты будешь дома?
— В субботу точно буду дома. Тамара Сергеевна же выходная, так что рагу тебе и нам всем обеспечено.
— Ну, замётано тогда!
Сын отключился, и Маша с облегчением откинулась на стуле. Все бы проблемы решались так легко. Конечно, взять хлеб по дороге домой не великий напряг, но бывает, что и это некому сделать.
Вот сегодня позвонила помощница по хозяйству и предупредила, что хлеба нет. Сама она в магазин не ходит. Доставками не пользуется. Закупками продуктов ведает Маша, как и финансированием этих самых расходов. Так сложилось.
Решив вопрос с хлебом, Маша уткнулась было в документы, но… не шло дело. В глазах так и стояла вторая сегодняшняя проблема — эсэмэска с неизвестного номера.
«В Сонате, в двадцать один. Не опаздывай!»
Кто, что, кому — непонятно. Но было у Маши предчувствие, что сообщение предназначалось именно ей. И именно из-за её мужа — Тимофея Поливанова. Тимофей довольно известный бизнесмен в их городе. У него строительный бизнес. Он очень занятой человек. Стал в последнее время. Может, эта эсэмэска вообще ему?
Но тогда странно: как могли перепутать адрес? Или они с Тимом рядом в списке у кого-то? Тогда кто этот кто-то, что знает их обоих настолько хорошо?
С другой стороны, тон записки какой-то слишком панибратский, небрежный, да ещё и с оттенком приказа. Мол, явиться строго обязательно. С какой стати⁈
Маша окончательно отодвинула документы и задумалась. Всё это нехорошо пахло, а у них с Тимофеем в последнее время и так всё напряжённо. У Маши даже возникло ощущение, что Тим не хочет приходить домой, и каждый раз ищет повод задержаться, но, пересиливая себя, приходит вовремя и от этого слишком раздражён.
— Кошмар какой-то, — тихо выдохнула, придя к такому неутешительному выводу.
Вздрогнула, когда раздался звонок. Тимофей, лёгок на помине. Приняла звонок.
— Маша, мне надо уехать на недельку. Самолёт на 15,30. Поеду с работы, домой заезжать не буду.
— Тим, ты хотя бы звони Ромке! — едва успела попросить Маша.
— Он уже не маленький, а мне некогда отвлекаться. Приеду — поговорю с ним.
И отбился. И вот так уже не один раз.
— Ну вот… уехать на недельку, — повторила Маша. — Даже домой за вещами не заедет. О чём это говорит?