Ручка натянул резиновую перчатку, подозрительно посмотрев на Устинова, и щёлкнул ей.
— Не мешать, — проговорил он. — Хоть кому-то надо сегодня работать.
— Все работают, кроме тебя, — Василий Иванович недовольно зыркнул на него, а когда судмед ушёл, сам незаметно погладил кошку. — Кыса, кыса.
— А что с третьим? — тихо спросил я у отца, когда пересёкся с ним в кухне. — Кого ещё убили?
— Связного той бригады киллеров, — он сел на табуретку у стола и подтянул к себе пепельницу, но перед этим внимательно осмотрел содержимое, все окурки.
Один, с коричневым фильтром, выделялся, так что пепельницу мы отложили в сторонку и позвали криминалиста Кирилла, чтобы всё аккуратно собрал в пакетик.
— Того самого, которого мокрушники сдали, — продолжил отец. — Приехали наши в общагу, он сразу палить начал через дверь. Витька подстрелил сразу…
— И как дядя Витя? — встревоженно спросил я.
— Бедро задело, но там, доктора говорят, хорошо все, осложнений нет, — отец покачал головой. — Так что надолго не выбыл. А самого связного пришлось ложить наглухо. Как и тебе тоже пришлось Борьку кончать. Вот только покойники не говорят… Вот так-то, Пашка. Опять у нас ниточка оборвалась…
— Он у тебя работал? — я кивнул в сторону выхода. — Борька этот?
— Да, до прошлого года, потом в банк ушёл. Это он должен был со мной на встречу идти. Говорил, что подумал получше и решил рассказать кое-что о своём начальстве… Тварь.
Отец с силой вдавил сигарету в тарелку, стоящую на столе, которую превратил в импровизированную пепельницу.
— А на деле хотел стрелять в тебя, — заключил я. — Но его спугнули.
— Уже в курсе, про его пейджер мне доложили.
— Вот так всё и вышло, как мы думали, — на кухню вошёл тот усатый ФСБшник, бесцеремонно отодвинув крутящегося в коридоре Шухова и прикрыв за собой дверь.
— Нифига не так, — возразил отец.
— Это всё Кросс, — ФСБшник уселся на свободную табуретку, — Борис Кузьмин, твой бывший сотрудник, работал в банке. В этой хате прописан Рудаков, бывший следак, он тоже работает в банке. Твой сын, — он показал на меня, — вместе с погибшим Верхушиным вышли на Рудакова, а ты на банк и на Кузьмина. Вот Кросс и велел убирать вас обоих, тебя и сына, причём силами тех, кто попался, раз это их косяк. Вот мы его на это будем усиленно крутить, подловим.
— Да вот только что-то не то, — отец сморщил лоб. — Как-то всё гладко на бумаге. Рудаков-то юрисконсульт, он с Кроссом не взаимодействовал, он только на банк горбатился. И раньше с ним не связывался особо, но тут надо детально прорабатывать. А сам Кросс умён, чтобы в такое вписываться…