Мне хотелось бегать, прыгать, ползать, ходить. Делать всё самое тяжёлое, чтобы почувствовать тяжесть в мышцах, ощутить, как волокна напрягаются, сжимаются и расслабляются. Но торопить события было сейчас нельзя. Слишком уж опасно было прыгать с места в карьер, а потому я продолжал лежать, чувствуя, как нечто мелкое и острое упирается мне в спину так, будто я лежал на рассыпанной по полу гречке, но неприятным даже такую боль назвать было нельзя.
Не знаю, сколько вообще я лежал на этом полу, но нужно было подниматься и наконец собрать информацию об окружающем меня пространстве. Сейчас ещё сложно было осознать свою жизнь, ведь я был полностью уверен в том, что погиб окончательно, а теперь вижу над собой каменные своды погружённой в полутьму пещеры.
Потерев глаза ладонями, я ощупал тело, выискивая давно знакомые шрамы от старых ранений. Они не заставили себя ждать, и пальцы сразу обнаружили успевшие давно зажить повреждения, оставленные не только в Иномирье, но ещё и во время старых командировок на весёлый и жаркий Чёрный континент, да и полная нагота сейчас не обошла меня стороной.
«Стоп. А где я сейчас?»
Мысль пронеслась молнией, отодвинув на задний план все другие размышления. Из-за этого я подпрыгнул, оказавшись на ногах и быстро вертя головой по сторонам, собирая как можно больше информации. Внутри тела словно заработала батарея, подпитывающая мышцы, много лет пребывавшие в полном спокойствии без всяческого намёка на движения. Внутри головы зашумело так, словно не так давно я выхлебал полторы бутылки «беленькой».
Как оказалось, лежал я в прохладной пещере, скромно освещаемой немногочисленными кристаллами, семейства которых торчали созвездиями из песчаных стен. Их светло-жёлтый свет не позволял рассмотреть что-то в отдалённых углах, но даже его мне вполне хватало уже для того, чтобы увидеть не самое богатое убранство этого места.
В свете лучей этих кристаллов можно было понять, что это место успели обжить, но точно не для долгого проживания. Эта пещера больше напоминала место поклонения, какой-то культовый объект, представленный множеством толстых свечей из жира и воска. Все они сейчас были потушены, а зажечь их было банально нечем. Там же, на выдолбленных в камнях порожках и ступенях стояли рисунки вместе со странной религиозной символикой в виде вертикальной черты и широкого круга на его верхней стороне. Подобные вещицы были сделаны из дерева, проволоки, сушёной травы и любых других подобных материалов. Такие предметы сочетались с некоторыми из рисунков, представленных в виде человека, заключённого в круг.