Засев за атлас, высчитывал расстояние: в прошлый раз, двигаясь на плоту вдоль побережья, мы преодолели около тысячи километров. По новому маршруту, что проложили вместе с Тиландером, расстояние оказывалось около семисот километров. Мы шли до Кипра, до его южного побережья, и потом предстояло пройти больше четырехсот километров в открытом море в западном направлении, отклоняясь к северу. Полтора дня, чтобы проплыть мимо южного берега Кипра, где можно пополнить запасы воды при необходимости и четверо суток в открытом море до моей бухты.
По атласу я не смог точно определить место своего прежнего проживания, так как весь берег был изрыт мелкими бухточками и горные кряжи возвышались прямо у берега. Но я очень хорошо визуально помнил то место и не сомневался, что узнаю родную бухту. На «Акулу», кроме воды, погрузили запас дров, чтобы можно было готовить в открытом море, и запас пищи. Нел очень хотела увидеть место, где мы провели почти два года в любовной идиллии. Если бы не близняшки, требовавшие присмотра — обязательно взял бы ее с собой.
Утром первого июля 07 года (я ввел летоисчисление с момента своего приземления на Земле) «Акула» отшвартовалась от пирса и на веслах стала набирать ход в сторону моря. Кроме меня и Тиландера на драккаре был Бар, категорически отказавшийся отпускать меня без охраны, Гау и Маа. Двадцать гребцов, которые практически все они были лучниками Гау, налегали на весла и драккар резво скользил к выходу из бухты, где мы попали в ветер и Тиландер скомандовал сушить весла. Ветер был практически попутный и следующие несколько часов мы шли под парусами. Тихо переговаривались гребцы, радуясь такому варианту событий.
Через несколько часов Тиландер убрал квадратный парус и поднял косой на носу: теперь мы шли зигзагами, практически против ветра, потому что хотели обогнуть Кипр, оставляя его справа. Скорость была ощутимая и американец с помощью лага определил ее как восемь узлов.
— Герман, восемь узлов практически против ветра, как это возможно? — спросил я моряка, когда тот пробрался на нос и оказался рядом.
— Сэр, я не силен в теории, но бывалые матросы парусников говорили, что идти против ветра им зачастую легче. Я просто перекладываюсь с галса на галс, чтобы нас не сносило. Думаю, что до Кипра мы доберемся ночью, если продолжим движение без остановок.
— Останавливаться нам придётся на обратном пути, ведь у нас будет капсула на буксире. Если уверен, Герман, то идем без остановок.
— Хорошо, сэр, возьму круче к ветру, попробую ещё ускориться, — американец ушел на корму и сам встал за штурвал. Когда мы шли налево, наш правый борт оказывался в тридцати сантиметрах от воды, когда шли направо, так близко к воде оказывался левый борт. Все это время, освобожденные от работ пассажиры в лице меня, Маа, Бара с Гау, болтали и любовались морскими обитателями. Параллельным курсом скользил в водной толще крупный косяк рыб. Сквозь кристально чистую воду было видно многое и время пролетало незаметно, пока я наблюдал за морскими обитателями, свесившись за борт.