— Ага, — улыбнувшись, следовательница согнула средний палец, погасив главную интригу дня. Всё же у государевых людей всегда проблемы с юмором. — Поэтому, в-третьих… Ранее ничем не примечательный барон…
— Знаете, если бы не слово «ранее», я мог бы и обидеться…
— Поэтому я так и сказала, Максим Витальевич. Ранее вы ничем особо не выделялись, а потом успели поучаствовать и в спасении госпожи Коровиной, и в ограблении банка, где убили трёх человек…
— Ну, в первом случае я вообще мимо проходил, а во втором — группа идиотов просто не в ту дверь зашла, — я развёл руками, давая понять, что всё это не более чем случайность. — Да и вообще, как это всё вообще относится к произошедшему в Октопусе?
— Странности, Максим Витальевич, странности, — перестав загибать пальцы, Алая закинула косу на плечо. — В последнее время в Иркутске творится чересчур много всего такого, что не укладывается в норму. Участились гоны в подземельях, трясёт даже мелкие «норы». По сути, ничего страшного, но количество происшествий заставляет задуматься.
— Я посещал некоторые подземелья и без всяких приключений. Так что дело не во мне, — пожал я плечами.
— Уверены?
— Более чем, — кивнул я, постаравшись даже мысленно не усомниться в своих словах и уж тем более не продемонстрировать это внешне.
На самом деле полной уверенности в своём заявлении не испытывал. Достаточно припомнить те ощущения, что я испытывал в Ледянке перед гоном и в Октопусе перед наводнением. Я потом уточнил у своих, и никто из них ничего подобного не ощущал. Даже Мышь. А значит, что-то внутри меня всё же было каким-то образом связано с подземельями.
Алая кивнула так, будто согласилась с какими-то своими выводами, и продолжила:
— А ваши друзья? За ними вы ничего странного не замечали?
— Нет, — всё так же уверенно ответил я. — Ни до Октопуса, ни во время инцидента. Вполне обычная реакция на происходящие события. Я бы даже сказал, что все они вели себя более чем достойно. Некоторым паникёрам с них стоило бы взять пример.
— Да? Вы же в курсе, что ваш друг, господин Семёнов Сергей Андреевич, убил человека на Малом острове? — открыв том на очередной закладке, поинтересовалась следовательница, перескакивая к очередному давно ожидаемому мной вопросу.
— Да, в курсе. Узнал об этом практически сразу после того, как дирижабль с Малого острова прибыл к нам в Башню, — кивнул я. — И считаю, что он поступил правильно. Хоть и неосмотрительно. Жаль, что меня там не было…
Тот дирижабль, о котором сообщил прибежавший с причала наблюдатель, оказался не судном спасателей, а посудиной спасшихся с соседнего острова. Наверное, знай я об этом заранее, в дальнейшем ситуация пошла совсем по другому руслу, и бедолага Зуев остался бы жив. Однако в тот момент взбудораженный лепет гонца отвлёк меня от назревающего конфликта с Петровым. И всё сложилось, как сложилось.