Евгений усмехнулся без радости.
— Даже хуже. Мы строили паровоз и ещё доказывали в министерстве, что паровоз нужен для подготовки машинистов тепловозов. И ведь доказали.
Алексей подошёл к одному из телевизоров. На экране мигал курсор. Спокойно. Ровно. Ему было плевать, что где-то в соседнем НИИ лежит техдокументация на новый кристалл.
— Люба, — сказал он, не повышая голоса. — Паровоз не плох самим фактом, что он — паровоз. Плох только тот паровоз, который не доезжает до станции.
— А наш доезжает, — буркнул Евгений.
— Доезжает, — согласился Алексей. — И главное — проложил рельсы.
Люба посмотрела на него устало, но внимательно.
— Рельсы?
— Да. — Алексей кивнул в сторону рядов. — Учителя теперь знают, что такое курсор. Что такое команда. Что такое кассета с программой. Дети знают, что телевизор — это не только кино про шпионов. И вот эти взрослые после смены — тоже знают. Они нажимают клавишу и не ждут чуда. Они ждут ответ. Это и есть рельсы.
Евгений фыркнул.
— Опять ты со своими философиями.
— Это не философия, — возразил Алексей. — Это бухгалтерия. Только человеческая. Сколько сил тратится не на железо, а на страх перед железом? Мы этот страх съели. Частично. За свои деньги.
Люба молчала, потом неожиданно спросила:
— А если К580 станет доступным, мы что, всё выбросим?
— Не выбросим, — твёрдо сказал Алексей.
Евгений поднял бровь.
— Ты уверен? Ты же сам любишь правильную архитектуру.
Алексей посмотрел на них обоих.
— Я люблю, когда устройство работает у пользователя. А дальше — как получится. — Он помолчал и добавил: — И ещё. Вы думаете, этот К580 завтра принесут в школу?
Евгений пожал плечами.
— Ну… со временем.
— Со временем, — повторил Алексей. — А пока — дефицит. Пока — оборонка. Пока — всё по спискам. И знаешь, что министр любит больше всего? — Он перевёл взгляд на мигающий курсор. — План. И стандарт. А стандарт у него сейчас — вот это.
Люба нахмурилась.
— Ты что-то знаешь?
Алексей вздохнул. Не потому, что хотел нагнать тумана. Просто он действительно устал объяснять людям очевидное через три слоя ведомственной бумаги.
— Седых сегодня не зря занят был, — сказал он. — В НИИ пришло распоряжение: комплект документации «Сферы‑80» уходит на заводы. Орёл уже подтвердил. Кишинёв — тоже. Под товары народного потребления. Формулировка скучная, но смысл ясный: будут гнать серию. Большую серию.
Евгений тихо свистнул.
— Кишинёв тоже? Это уже… — он помялся, — это уже серьёзно.
Люба подняла голову. В глазах у неё промелькнуло что-то между радостью и страхом.
— То есть наш «динозавр» не вымирает?
— Не вымирает, — сказал Алексей. — Он идёт в тираж. Потому что его можно чинить паяльником. Потому что его можно собрать из того, что есть на складе. Потому что под него есть «Папка учителя». И потому что на него уже есть привычка — у людей. А микропроцессорный комплект — будет позже. Может, лучше. Может, быстрее. Но позже.