— Подождите, тейра Элварис! Владыка не велел…
Уж не знаю, что он там не велел, но при выходе из крыла меня никто не удерживает. Только страж вежливо говорит:
— Тейра Элварис. Владыка настоятельно рекомендовал не покидать крыло без его сопровождения.
Рекомендовал. Не приказал. Свобода выбора или только его иллюзия? Невольно замедляю шаг. На секунду мелькают сомнения. Может, и правда, дождаться Аарона и спокойно все выяснить?
Однако почти сразу же пропадают. Вернуться в золотую клетку, маяться в ожидании его возвращения — последнее, чего я хочу.
— Спасибо за предупреждение, — отвечаю стражу. Продолжаю идти вперед, в любой момент ожидая открытия какой-то ужасной тайны.
Но ничего не происходит.
В коридоре никого нет. Стены здесь из светлого камня, потолки высокие. Много свежего воздуха и света. Довольно тихо. Лишь слышится эхо наших шагов и какие-то отдаленные крики. Голос мужской. Требовательные нотки сменяются на умоляющие, а я не знаю, что и думать.
— Что происходит? — спрашиваю служанок, что продолжают тенью следовать за мной.
— Просители, тейра.
— И о чем они просят?
Глупый вопрос. И откуда им знать — они же со мной были. Девушки закономерно молчат, и я не выдерживаю. Поддаюсь любопытству. Иду в том направлении. Коридор заканчивается широкой лестницей, ведущей в просторный холл.
Солнце льется сквозь высокие, узкие окна и распахнутую дверь. В проеме стоит тот самый проситель, которого я слышала с другого конца коридора. Короткие темные волосы, борода, бежевые шелковые одеяния, закрывающие все его тело.
Он что-то эмоционально доказывает стражу, и до меня долетают только обрывки слов.
«Неприемлемо».
«Отсрочка».
Кажется, еще что про деньги, которых у него нет. Требует Владыку. В речи появляются отголоски гнева, нетерпение. Снова сменяется отчаянной мольбой. Страж что-то тихо и монотонно ему отвечает.
У меня внутри поселяется тревога.
Замираю на полпути и уже раздумываю пойти обратно, как вдруг наши глаза встречаются. Мужик буравит меня пару секунд злым взглядом, а затем смачно сплевывает на пол. Мои глаза невольно расширяются. Так неприятно становится — словно в душу мне харкнули. Страж оборачивается и видит меня. Подает знак второму охраннику, и просителя тут же скручивают.
На его лице проступает растерянность. Страх.
— …ради какой-то шлюхи… — слышу особенно громкое, прежде чем его уводят.
Это он… не про меня же?
Никто произошедшее не комментирует. Я замираю на месте, не зная, что делать дальше. Что думать. Ступор берет.
Может, вернуться к себе в комнату? Вряд ли без Аарона мне кто-то что-то будет объяснять.