Алатырь оказался детектором лжи, естественно магическим. Верхняя грань сколота и на ровной поверхности высечен отпечаток ладони. Справа и слева две руны. Все просто. Прикладываешь длань и отвечаешь на вопросы. Ответил правильно: загорается зеленым левая руна, соврал — правая, красным цветом намекает, что «рубить голова с плеч надо»©
Последняя фраза — дословная, из инструктажа перед допросом.
Первым начал спрашивать командор. Вопросы оказались довольно простыми, и я с легкостью ответил на все из них. Поскольку шпионом остроухих не являлся, и вообще дел с ними никогда не имел. Сношений с Водолазным Отродьем не имел, и даже не подозревал о его существовании.
Друнвало удовлетворенно хмыкнул, по всей видимости, моя персона его не интересовала вообще. Но тут в дело вступил мерзопакостный жрец, инициатор судилища, как я понимаю. Пока он не объявился, мне никто не запрещал передвигаться по территории поселка, я даже в лавке поторговаться успел. Но как только обо мне узнал этот гаденыш с козлиной бородой, тут же посадил под домашний арест в сторожевую башню. Да и то потому, что тюрьмы и карцера здесь никогда не было.
Кстати, это первый дварф с бородой, которого я в этом мире встретил. Обычно они только усами обходятся, ибо борода — это место сбора пыли, мусора и осколков. Подозреваю, что и вшей, но не уверен, что разработчики их прописали. Теперь я четко понимаю, что наличие бороды у гнома — главный признак бездельника и болтуна. Некий синоним древнерусской поговорки » работать спустя рукава», это когда бояре носили шубы с длиннющими рукавами, работать в которых даже теоретически невозможно. Так и здесь. Увидел бороду у гнома — значит депутат, тьфу — жрец.
— Лжа обманная! — закатывая глазки, завопил бородатый прокурор. — Слова его, как слеза василиска. Суть -яд отравленный!
Командор поморщился, словно ему предложили текилу закусить соленым огурцом.
— Конкретнее можно? В чем обман?
Жрец насупился, не понравилось ему, что не дали насладиться обличительной речью, но истерить тут же перестал, и мгновенно успокоившись, перешел на сухой канцелярский стиль.
— Моя видеть, что люд этот ни дня не работал в шахте. Не добыл ни одного килограмма руды, ни одного грамма угля, ни одного изумруда, ни одного яхонта…
— Стоп! — взмолился господин Друнвало, почувствовав, что перечисление не добытого может закончится только к вечеру.- Это человек, он не обязан работать в шахте. Нельзя ставить в вину, что он не брал в руки кайло — он родился таким ущербным, и не дано ему преуспеть в нашем благородном деле.