— Это тебе говорили? Что ж, охотно верю, — сказал я.
— Ты больной ублюдок, — сказал, как плюнул рыжебородый.
— Странно, ты вроде бы всё хотел поговорить, надрывался, умоляя меня об этом, а как только я подошёл для беседы, начинаешь оскорблять. Где логика? — спросил я.
— Тварь! — снова бросил мне рыжебородый и застонал.
— Я всё никак не могу понять тебя и таких, как ты. Вы ведь постоянно применяете насилие к другим людям. Почему вы думаете, что его в итоге не применят к вам самим? — спокойно сказал я.
Хотя спокойствие это было очень относительным. Я — это был не совсем я. Как будто кто-то другой занял моё тело и творил всё это. И вот этот кто-то был спокоен.
— Такой мир! Только сильные выживают! — огрызнулся рыжебородый.
— Так в чём проблема? Я сильный, вы слабые, всё в рамках вашей логики. Просто пришло ваше время сдохнуть, — сказал я.
— Мразь! — простонал рыжебородый.
— Вообще, у вас тут странное представление о силе. Думаешь, насиловать толпой бедную девушку, это сила? Нет, это слабость. Вы всегда были ничтожным бесхребетным дерьмом, просто, к сожалению, долго никто не приходил, чтобы вас убить. По праву сильного, как ты и сказал. Вы и так слишком долго коптили небо. Сегодня ваша история закончится, — сказал я и, резко удлинив плазменный клинок, лёгким движением руки отсёк рыжебородому вторую ногу.
— С-с-с-у-у-у-у-к-а-а-а-а-а-а! — застонал он, изогнувшись дугой от боли.
Я оставил его мучиться и пошёл дальше.
Всё вокруг меня по-прежнему было как будто нереально. Словно я смотрел на мир через искажённое стекло. Как будто меня от всего этого отделяла невидимая пелена. И вот вроде бы я хожу здесь, калечу и убиваю людей, но в то же время смотрю какое-то кино. Страшное, неприятное, но перестать его смотреть никак не могу.
Одному парню, рука у которого отсутствовал по локоть, я отсёк её по плечо и пошёл дальше. Стоны и мольбы о пощаде были основными звуками на этой, ещё совсем недавно, уютной и обжитой стоянке.
— Не надо! Пожалуйста! — протянув ко мне единственную оставшуюся руку, взмолился какой-то парень, — я сделаю всё, что захочешь! Вообще всё! Только скажи, что тебе нужно!
— Ты уже сделал всё, что мог! — сказал я, отсекая кисть протянутой ко мне руки, и пошёл дальше.
— Я с ними недавно! Я вообще не понимаю, что происходит! — проорал мужик, которому я всего-навсего отрубил две ступни.
— Да? А выглядишь точно как они! И логотип на твоей куртке точно такой же, как у всех остальных! — поднял я брови, — сдаётся мне, что ты, приятель, врёшь!
— Нет, нет! Я ничего не делал, никому не причинял зла, никого не убивал! Я невиновен! Ты же ведь мстишь за что-то, да? Но мне мстить не за что! — умоляющим тоном стонал он, истекая кровью.